Адмирал Степан Осипович Макаров является наиболее талантливым и всесторонне образованным представителем русского флота последней четверти XIX и начала XX века.<br/>Его фигура как опытного моряка может быть охарактеризована данной им же формулировкой: «В море — значит дома», а его образ как боевого флотоводца характеризует выдвинутый им же девиз: «Помни войну».<br/>Многочисленные высказывания и мысли С. О. Макарова, изложенные им в разное время в разных статьях, докладных записках, докладах и книге Рассуждения по вопросам морской тактики, не утратили своей ценности и по настоящее время. Имеют они также большое историческое значение, показывая, что ряд вопросов, ставших в настоящее время достоянием всех флотов мира, впервые ставился и разрабатывался в России С. О. Макаровым и его последователями.<br/>Но С. О. Макаров прорабатывал не только вопросы тактики, — большое количество времени он уделял и техническим вопросам: кораблестроению и теории корабля, механизмам и трубопроводам, артиллерии и минно-торпедному делу, развитию радиотелеграфной связи и т. п. Им впервые в истории кораблестроения были выдвинуты в жизнь и частично проработаны вопросы живучести и непотопляемости кораблей, кстати и сами термины «живучесть» и «непотопляемость» им же и были приложены. Эти науки, как известно, наибольшего расцвета как в теоретическом отношении, так, пожалуй, и в практическом осуществлении достигли у нас — в Союзе ССР.<br/>Свои технические предложения он проверял опытами над моделями, причем часто самыми примитивными приемами достигал существенных результатов. Нужно заметить, что в это время в кораблестроении область экспериментирования была в полном загоне и, кроме испытания моделей для установления потребной мощности механизмов, каких-либо иных экспериментов не производилось.<br/>С. О. Макарову принадлежит, честь изобретения наконечника к снаряду, увеличивающего пронизывающую способность последнего. Дальнейшее развитие этого привело к появлению современного бронебойного снаряда.<br/>С. О. Макаров иногда впадал в ошибки. Так, он относился весьма скептически к применению брони на корабль и выдвигал идею строительства безбронных судов. Не все его предложения были жизненны. Иногда в своих экспериментах (например, модели с боковыми килями) он приходил к неверным выводам. Но все это было каплей в море но сравнению со всем тем, что было им выдвинуто и сохранило свое значение по настоящее время.<br/>Его детище Ермак, не оцененное в старое время, является «дедушкой отечественных ледоколов» и с честью служит Советскому Союзу и в настоящее время.<br/>С. О. Макаров горячо любил военно-морское дело, всецело отдаваясь флоту, нахождение в котором для него было целью жизни. Он сам был отважным моряком, в совершенстве знавшим все стороны военно-морской службы. С особой любовью заботился он о личном составе. Эта забота от офицера до рядового матроса заключалась прежде всего в суровом, но справедливом требовании службы, в стремлении воспитать в личном составе спайку, глубокое знание выполняемых каждым своих обязанностей. И за эту справедливость и другие черты, присущие С. О. Макарову, в него верили, его любили служившие с ним офицеры и матросы и готовы были итти за ним на любое боевое предприятие.<br/>С. О. Макаров поощрял инициативу, всегда отмечал и продвигал мужественных людей, уважал тех, кто занимался самообразованием и совершенствованием военно-морского дела. Будучи постоянно «беспокойным» рационализатором, он поощрял и в других это качество. Он твердо и настойчиво отстаивал и проводил в жизнь свои идеи, за что и получил прозвание «беспокойного» адмирала.<br/>Все идеи «беспокойного» адмирала были направлены к одной цели — иметь всегда боеспособный флот, построенный на современном техническом уровне.<br/>Характерной чертой С. О. Макарова являлось то, что {4} он не удовлетворялся достигнутым; он даже недооценивал своих знаний вообще и в частности в отношении боевой военно-морской выучки, всегда совершенствовался лично и требовал этого от своих подчиненных.<br/>Все передовые люди русского флота, да, пожалуй, не только русского, подражали С. О. Макарову в были горячими сторонниками тех или иных его идей, направленных к совершенствованию боевой мощи флота.<br/>Только условия, в которых жил и работал С. О. Макаров, не дали ему возможности развернуться в величайшего флотоводца мира, но и то, что он сделал как моряк, не говоря уже как флотоводец, создало ему мировое имя.<br/>Безусловно многое из того, что писал и делал С. О. Макаров, сохранило свою ценность и жизненность и в настоящее время и достойно подражания. Поэтому не случайно, что начсостав и в особенности командиры кораблей в наше время с любовью читают его работы. Об этом также говорят и многочисленные запросы Военмориздату об издании его трудов.<br/>Идя навстречу этим желаниям, Военмориздат выпускает настоящий труд под общим заглавием Рассуждения по вопросам морской тактики, включив в него, помимо основной работы, имя которой присвоено всему труду, также работы: Разбор элементов, составляющих боевую силу судов, Броненосцы или безбронные суда.<br/>ПРЕДИСЛОВИЕ К 3-му ИЗДАНИЮ<br/>(Библиографическая заметка)<br/>Рассуждения по вопросам морской тактики впервые были напечатаны С. О. Макаровым в «Морском Сборнике» за 1897 г. (№№ 1, 4 и 7), и в том же году появились отдельные оттиски этого издания, встреченного с большим интересом нашими, а в особенности иностранными моряками. К отдельным оттискам были даны два приложения — отчет о прениях, состоявшихся по поводу докладов адмирала 21 декабря 1896 г. и 13 января 1897 г. в Кронштадте под председательством главного командира вице-адмирала Н. И. Казнакова и некоторые приказы адмирала во время командования практической эскадрой в 1896 г.<br/>В 1904 г. издание было повторено Морским министерством, причем печатание его сопровождалось следующим конфликтом адмирала с администрацией1.<br/>Как известно, с началом русско-японской войны С. О. Макаров был назначен 1 февраля 1904 г. командующим флотом и, собравшись в три дня, спешно выехал 4 февраля на Дальний Восток.<br/>На пути из России в Артур адмирал Макаров просил телеграммой управляющего Морским министерством напечатать возможно скорее его книгу Рассуждения по вопросам морской тактики и выслать ее на эскадру в Артур. Очевидно, адмирал хотел ознакомить личный состав эскадры со своими взглядами на ведение боя {6} и, не имея под рукой достаточного количества экземпляров, обратился за содействием в Морское министерство.<br/>На просьбу эту около 10 марта, т. е. через месяц, и д. начальника Главного морского штаба1 отношением сообщил командующему флотом, что управляющий Морским министерством «не признал возможным отнести этот расход на военный кредит».<br/>Тогда адмирал Макаров телеграфировал адмиралу Авелану2, что просит его доложить о напечатании книги Генерал-Адмиралу. Доклад состоялся 13 марта. В просьбе было вторично отказано: «за неимением средств в текущем году и, не признавая возможным отнести расход по изданию на военный кредит, его высочество приказал ответить, что печатание книги может быть разрешено из кредитов будущего года, о чем и указал войти своевременно с новым представлением».<br/>Телеграмма об этом была получена 16 марта в Артуре, чрезвычайно взволновала адмирала и побудила поставить вопрос о доверии.<br/>«Просил бы теперь же напечатать мою книгу Рассуждения по вопросам морской тактики, — телеграфировал он 18 марта адмиралу Авелану, — для раздачи ее командирам, дабы они ознакомились со взглядами своего начальника. Книга нужна теперь, а не в будущем году; не допускаю мысли, что Министерство не может теперь же найти 500 рублей, и отказ в печатании понимаю, как неодобрение моих взглядов на ведение войны, а посему если моя книга не может быть напечатана теперь, то прошу заменить меня другим адмиралом, который пользуется доверием высшего начальства».<br/>Вместе с тем адмирал Макаров сообщил о своем решении и главнокомандующему3, посетившему в это время Артур. Последний, поспешил ликвидировать это дело и телеграфировал адмиралу Авелану 21 марта: «Из разговоров с адмиралом Макаровым отказ издать его тактику он считает обидным служебному самолюбию и признаком недоверия. При настоящем положении признаю необходимым {7} устранить это вероятное недоразумение вашим согласием исполнить его просьбу».<br/>Еще до получения этой телеграммы в Петербурге настойчивость адмирала Макарова произвела свое действие. Морское министерство поспешило согласиться с желанием адмирала, отказывавшегося командовать флотом. 20 марта адмирал Авелан телеграфировал командующему флотом, что пособие на печатание второго издания его книги будет назначено.<br/>Пререкания по вопросу о печатании книги на этом закончились, но книга вышла в свет уже после гибели адмирала Макарова, и ни один из командиров в Артуре не получил ее в военное время.<br/>Второе издание представляло перепечатку первого; в настоящее время оно разошлось и его можно найти только случайно.<br/>Последнее обстоятельство и заставило редакцию журнала, в котором впервые была опубликована настоящая работа, испросить у вдовы адмирала К. Н. Макаровой разрешение на новое издание, которое и решено было выпустить в виде бесплатного приложения к «Морскому Сборнику».<br/>Настоящее, третье по счету, издание является перепечаткой второго, причем добавлено приложение (IV) — две боевые инструкции адмирала, одна — относящаяся к 1895 г. — времени конфликта с Японией, вторая — к 1904 г. — времени командования Тихоокеанским флотом.<br/>В то же время, считая, по словам самого адмирала1, что Рассуждения являются продолжением работы Разбор элементов, составляющих боевую силу судов, напечатанной в том же журнале еще в 1894 г.2 (№ 6), редакция предпослала Рассуждениям и эту статью, тоже не имеющуюся в продаже.<br/>Таким образом, в настоящем издании воспроизведены две работы покойного адмирала, считавшиеся им самим одним целым и показывающие, как осторожно подходил С. О. к своим выводам, основывая их, прежде всего на {8} подробном исследовании свойств современного ему оружия и корабля.<br/>В виде отдельного приложения (III) напечатан и ответ С. О. на возражения по поводу его основного труда, напечатанный в 1897 г. в № 7 «Морского Сборника» под тем же заглавием Рассуждения по вопросам морской тактики.