Василе Войкулеску (Vasile Voiculescu) (1884—1963) - румынский поэт, прозаик, религиозный мыслитель.<br/>В истории румынской культуры его имя связано с «гындиризмом», течением, которое сформировалось вокруг журнала «Гындиря» («Gândirea» - «Мысль»), и с религиозным движением «Rugul aprins» («Неопалимая купина»). <br/>Василе Войкулеску родился 27 ноября 1884 года в уезде Бузэу. Врач по образованию, он в молодости пережил увлечение материализмом и позитивизмом. В годы Первой мировой войны, работая военным врачом, стал посещать литературные вечера известного писателя Александру Влахуцэ, а после войны сблизился с традиционалистами. С 1920-х годов его литературное творчество приобретает всё более религиозный характер. <br/>К 1945 году, когда в Румынии установился коммунистический режим, Василе Войкулеску уже написал значительную часть своих произведений. При коммунистах его при жизни фактически не печатали. Главные произведения в прозе, а также последние стихи были опубликованы лишь посмертно, в 1966 году. <br/>В 1958 году, 72-летний Василе Войкулеску был арестован и приговорён в 4 годам тюрьмы вместе с интеллектуалами и религиозными деятелями, входившими в группу «Rugul aprins» - «Неопалимая купина». Тюрьма необратимо подорвала здоровье поэта и через год после освобождения он умер. <br/>Для Василе Войкулеску, человека глубоко православного, тюремный опыт стал столкновением с демоном воинствующего безбожия, испытанием, в котором одни люди теряют веру и достоинство, а другие, наоборот, их обретают. <br/>Через три года после смерти, в 1966 году вышло в свет одно их главных и таинственных произведений Василе Войкулеску, роман «Захей слепой», написанный ещё в 50-х годах. Это - размышления о новом мире, в который вступила Румыния, и о месте писателя в этом мире. Наш гость, известный историк румынского коммунизма Мариус Опря, посвятил роману книгу под названием «Настоящее путешествие Захея и тайна Неопалимой купины»: «Когда я читал следственное дело Василе Войкулеску из архива Секуритате, а потом его тюремное досье, мне казалось, что я перечитываю в новой парадигме его роман «Захей слепой». Я действительно обнаружил в романе тот путь, который Василе Войкулеску прошёл потом в ходе следствия и в заключении, конечно с соответствующими различиями. Я не знаю, было ли это предчувствием писателя, или связано с тем, что в силу своей основной профессии, он знал, что такое человеческое страдание. Изучая его биографию, меня больше всего поразил тот факт, что примерно с 1946 года, он каждую неделю, по несколько раз надолго исчезал из дому, и никто толком не знал, куда. И лишь много позднее обнаружилось, что он ходил в школу для слабовидящих на окраине Бухаресте и проводил там время среди слепых. Он очень внимательно наблюдал за ними, часто даже не говоря ни слова. Может, именно тогда и зародилась у него идея романа, и профессиональное любопытство врача Василе Войкулеску преобразовалось в литературный опыт писателя Василе Войкулеску». <br/>Послевоенные годы были в Румынии смутным временем, и то, что объединяло различные слои общества в сопротивлении режиму, было и всобщее чувство неуверенности и неопределённости. В этой атмосфере и возникла группа «Неопалимая купина», члены которой пытались осмыслить новые реалии и сохранить в этих условиях религиозные традиции. В конце 50-х годов она стала жертвой репрессий коммунистического режима. Говорит Мариус Опря: «Василе Войкулеску и члены группы «Неопалимая купина» были одной из тех жертв, которые, как мы сказали бы сегодня, имели абсолютно «сопутствующий» характер. В то время имели место серьёзные волнения среди духовенства, которое подверглось жёстким чисткам после закона 1948 года о религиозных культах, согласно которому священники стали получать зарплату из госбюджета. Церковных иерархов, которые открыто выступали против т.н. «народно-демократического» режима, постепенно отстраняли, и ставили на их место людей, послушных новому режиму, тому, что начинал вырисовываться в особенности после выборов 1946 года. На фоне такой неопределённости и возникла группа «Неопалимая купина». Первоначально, это была дискуссионная группа, которая ставила своей целью осмысление новой ситуации и сохранение веры под натиском коммунистического атеизма. Потом, однако, дискуссии вышли за пределы узкого круга, потому что на встречи в Монастыре Антим в Бухаресте, стало приходить всё больше и больше людей. После событий 1956 года в Венгрии, в Румынии началась волна арестов, сравнимая с той, что была в 1947-1949 годах. В этой обстановке попали под прицел репрессий и были арестованы остатки «Неопалимой купины», которая к тому времени давно уже угасла. Оставалась лишь её литературная составляющая - писатели, которые собирались вместе, читали свои произведения, обменивались мыслями. Эта так называемая подрывная группа была просто-напросто использована официальной пропагандой как предлог, чтобы оправдать декрет от 1958 года, по которому было закрыто множество монастырей». <br/>Тюремная Голгофа стала гибельной для старого поэта, которому на момент ареста было 72 года. О том, чем стал тюремный опыт для Василе Войкулеску, говорит Мариус Опря: «Он оставил неизгладимый след. Сохранились впечатляющие, даже невероятные свидетельства. В тюрьме Василе Войкулеску сохранил ту присущую ему человечность, за которую когда-то его прозвали врачом-бессребреником. Часто он помогал своим пациентам сам, покупая нужные им лекарства. Так же он поступал и в тюрьме. Рассказывают, что он отдавал нуждающимся свою еду и одежду. Но и его самого не миновали страшные страдания. В заключении он тяжело заболел, и когда его освободили, он уже не мог передвигаться, был наполовину парализован. В тюрьме у него началась тяжёлая болезнь позвоночника, которая стала причиной мучительной смерти. На меня произвел большое впечатление момент перед кончиной, когда он позвал к себе сына и сказал ему: не прощай их, и не верь им. И это сказал человек, который истинным христианином. И я понял, какова была истинная мера страданий, через которые ему пришлось пройти». <br/>Василе Войкулеску умер через год после освобождения, 26 апреля 1963 года. Он ушёл из жизни несломленным, сохранив верность своим принципам и идеалам веры и человечности в самых бесчеловечных условиях, и поэтому он ушёл победителем.