<b>Имре Кертес</b> (венг. <b>Kertész Imre</b>) <br/>Венгерский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе за 2002 год.<br/>Родился 9 ноября 1929.<br/>В 1944—1945 — узник концлагерей Освенцим и Бухенвальд. Этот опыт лежит в основе всего написанного Кертесом позже.<br/>Наиболее известны два романа Кертеса:<br/>* Sorstalanság/Без судьбы (1975, экранизирован 2005; рус.пер. 2004)<br/>* Kaddis a meg nem született gyermekért/Кадиш по нерождённому ребенку (1990, рус.пер. 2003)<br/>Кертес — автор нескольких книг эссеистики. Кроме того, он переводил немецкоязычную художественную и философскую прозу (Ф. Ницше, З. Фрейд, Л. Витгенштейн, Э. Канетти, Й. Рот). Его собственные произведения переведены на многие языки мира, включая китайский.<br/>Кертес – лауреат венгерских и зарубежных литературных премий, в том числе Бранденбургской премии по литературе 1995, Гран-при Лейпцигской книжной ярмарки 1997 и литературной премии ВЕЛЬТ 2000.<br/>В 2002 Имре Кертес становится лауреатом Нобелевской премии по литературе. В представлении Нобелевского комитета отмечалось, что она была дана за «описание хрупкого опыта борьбы индивида против варварского деспотизма истории… В своем творчестве Имре Кертес ищет ответ на вопрос о том, как сохранить свою индивидуальность в то время, когда общество начинает все активнее подчинять себе личность».<br/>В последнее время живет в Германии.<br/>Своим творчеством Кертес предупреждает, что любая нация, насильственно навязывающая другим свои ценности и оправдывающая этим кровавые расправы и физическое устранение противников, неизбежно рискует оказаться в роли карателей, подобных нацистским. Тема жертв массовых репрессий актуальна и сегодня, например, для сербского, хорватского или курдского населения, пострадавших от массовых этнических чисток в горниле современных межнациональных конфликтов.<br/>Трагедии жертв Холокоста заставляют вновь и вновь осмысливать подобные явления в рамках гуманистических ценностей, поскольку в современном мире, несмотря на требования политкорректности, сохраняется насилие одних групп над другими, в каких бы формах – физического или морального давления – оно ни было представлено.