<b>Юрий Федорович Третьяков</b> (1931—1985) — советский писатель, автор детских книг. Первый сборник рассказов про школьников, «Жук и геометрия», выпустил в 22 года в родном Воронеже, но уже вторую книгу, «Начало рыбачьего патруля», забрала себе «Детская литература», выпустившая его с иллюстрациями одного из лучших детских художников, Евгения Мигунова. Карьера складывалась блестяще: Третьякова мгновенно приняли в Союз писателей, долгие годы он оставался самым молодым членом Воронежской писательской организации.<br/>И вдруг Третьяков уезжает из Воронежа родной Борисоглебск, к больной матери.<br/>Все последующие книги Юрия Федоровича Третьякова выходили исключительно в «Центрально-Черноземном книжном издательстве».<br/> <i>Библиография</i><br/> * «Толстый мальчишка Глеб» и «Дикая жизнь в лесу» — дилогия.<br/> * «Рыцари Березовой улицы» — повесть<br/> * «Приключения Мишки Мочалкина» — повесть<br/> * «Потомственный мастеровой» — повесть<br/> * «Начало рыбачьего патруля» — повесть<br/> * «Витька Витамин» — повесть<br/> * «Вася-капиталист» — повесть<br/> * «Вовка из нашего класса» — повесть, состоит из несвязанных рассказов, которые иногда издавались отдельно, <br/> например, «Учреждение „Снабчервяк“» и «Как мы с Вовкой собирали утиль»<br/> * «„Электросигналы“ на сорняках» — повесть<br/> * «Самый лучший щенок» — повесть<br/> * «Как прогнали Витальку» — рассказ<br/> * «Мюнхаузен» — рассказ<br/><details><summary>Статья "Человек из глубинки"</summary>ЧЕЛОВЕК ИЗ ГЛУБИНКИ <br/>Сказочные истории Юрия Третьякова <br/>В бездонные годы детства для меня существовали только два великих писателя – Марк Твен и Юрий Третьяков. Про Марка Твена всё понятно – Америка, прошлый век, река Миссисипи. А про Юрия Третьякова я вообще ничего не знал. Просто некто легендарный и уже как бы неживой, наподобие Ильи Муромца. Вне времени и географии. Я и представить себе не мог, что он живёт неподалёку, в провинциальном городке Борисоглебск Воронежской области, что с ним можно поздороваться за руку и разговаривать, как с обычным человеком.<br/>Третьякова можно было бы назвать сказочником, хотя сказок он не писал. Можно назвать и философом, но трактатов он не оставил. Юрий Фёдорович Третьяков (1931–1985) был детским писателем, и созданный им мир детства похож и на сказочные истории, и на знаменитые «вредные советы», а уж «философию детей» он знал в совершенстве.<br/>Родился Третьяков в Борисоглебске. Тихий зелёный городок с одноэтажными домами, уютными палисадниками, с муравой на улицах вдоль дороги; лес, речка, луг... Школу Третьяков закончил с отличием и без проблем поступил в Московский мединститут: много болел в детстве и захотел стать доктором. Но после первого же курса ушёл. Потому что писал рассказы и успел потолкаться по редакциям газет и журналов. Как ни странно, иногда его печатали.<br/>Поступил в Литинститут, блестяще пройдя творческий конкурс и сдав экзамены; в двадцать два года выпустил в Воронеже первую книжку – «Жук и геометрия», потом ещё две. «Самородком» заинтересовались московские издательства «Советская Россия» и «Детская литература»; рассказы Третьякова печатали в журналах «Подъём», «Костёр», «Пионер». Приняли в Союз писателей, и долгие годы он оставался самым молодым членом Воронежской писательской организации.<br/>За свою жизнь (умер в 54 года) Юрий Третьяков выпустил двадцать книг повестей и рассказов. В Воронеже помнят многие из них: «Начало рыбачьего патруля», «В плену у краснокожих», «Командир особого отряда», «Приключения Мишки Мочалкина», «Разные случаи из жизни Андрейки», «Весёлые рассказы», «Рыцари Берёзовой улицы»... Они выходили и в Москве, причём большими тиражами. Но сегодня они стали раритетами: после 1991 года детские книги современных писателей издают мало. Теперь это книги бабушек и дедушек или, в лучшем случае, пап и мам. Чужие ценности, затрёпанные и зачитанные, они сохранились не в каждой библиотеке.<br/>А тогда Третьякову вроде и желать было нечего: стал писателем, получил новую квартиру в центре Воронежа, женился. Творческая молодёжь вокруг: эрудиция его уникальна. Но он уехал из Воронежа – и не в столицу, куда звали издатели, а в Борисоглебск. Сломав писательскую благодать и славу, стал жить в маленьком доме с престарелой матерью. Депрессия, работа от случая к случаю. Однажды отказался сотрудничать с киностудией, приехавшей из Москвы снимать фильм по рассказу «Начало рыбачьего патруля» – сценарий ему, видите ли, не понравился. Слово было не то. Ну кто из коллег мог понять, почему этот затворник-провинциал отказывается от денег и славы, которые сами просились в его руки?<br/>Когда-то Третьякова ставили в один ряд с Виктором Драгунским, Эдуардом Успенским, Николаем Носовым, Радием Погодиным. Но из Борисоглебска до Москвы далеко, и слава не ходит к тем, кто сам от неё отворачивается.<br/>Уже скоро 20 лет, как Третьяков умер, и кто-то помнит его фамилию, но большинству она ничего не говорит. «Ушёл мой товарищ и песню унёс» – а Юрий Фёдорович унёс великое множество других писателей, которых он носил в себе и цитировал, и фамилий большинства унесённых я и до сих пор не знаю, а для него это были коллеги по поиску смысла жизни и слова.<br/>Некоторые считают, что то ли под Воронежем геологический разлом, то ли чернозёмы влияют, но присутствие хороших писателей на душу населения в этих краях одно из самых высоких в стране. И возникла здесь гуманитарная акция: издать серию «Воронежские писатели – детям». И люди-то занимаются этой акцией тоже гуманитарные, а значит, без платы за кредит своей души.<br/>Иначе говоря, денег на издание книг у них, конечно, нет. Просто остатки прежней цивилизации пытаются сохранить память об её ценностях. И сохраняют: в Центрально-Чернозёмном издательстве выпустили уже пять детских книг из задуманной серии – Евгения Дубровина, Юрия Третьякова, Гавриила Троепольского, Анну Королькову и Евгения Титаренко.<br/>Акцию придумали вот кто. Тамара Тимофеевна Давыденко, заслуженный работник культуры РФ и редактор отдела детской литературы. Я не пишу «на пенсии», потому что она всё равно редактор. И каждого из своих авторов любит, находит за что, и философски воспринимает их поступки и слова, за которые другие люди, не редакторы, обижаются на авторов порой до вражды.<br/>Детский писатель Владимир Андреевич Добряков, который вот уже пять лет руководит в Воронеже Клубом юных сочинителей. На общественных началах. Ну не умеет человек не быть бессребреником! И юные сочинители приезжают в этот клуб даже из отдалённых районов области. Кому-то и в этой цивилизации нужна, стало быть, роскошь человеческого общения.<br/>В местном издательстве запланировали напечатать по тысяче экземпляров воронежских детских писателей. Деньги – самыми разными путями, включая унизительные. Просто чтоб не канули в Лету чудесные книги, пусть сохранятся хотя бы в библиотеках.<br/>Правда, кому нужны сегодня эти атрибуты советского прошлого – библиотеки? Во времена-то блокбастеров, CD-RОМов, постеров, матриц, игровых залов, марихуаны и сексуальной революции, давно уже пережившей революционность и ставшей образом жизни.<br/>Хрущёвка, в которой живут Давыденко и Добряков, тоже сплошь заставлена стеллажами, и сюда время тоже издавна стекает, как во внутреннее море... Кому нужен весь этот хлам? Макулатура! Несколько солидных книжных магазинов разложили в городе свои шикарные издания – белый верх, чёрный низ, чёрный верх – белый низ; у тебя есть, у него есть, ми на тебя пилюём... На книжной толкучке в центре города жемчуга и алмазы прежних изданий идут по цене пластмассы: властители дум продаются по 5–10 рублей.<br/>Этот мир отходит, помолясь, но ещё вопрос, чьи души были больше. Или в каком мире больше смысла. Представители уходящей цивилизации, которых занесло сюда, за миллениум, ещё пытаются поставить флажки своих ценностей, поделиться с желающими, которых ещё надо найти, – пусть останется хотя бы тысяча, хотя бы в библиотеках, хотя бы в одном лишь из российских городов...<br/>Откупорь бутылочку шампанского иль перечти Юрия Третьякова... Например, «Приключения Мишки Мочалкина». Просто начни читать, а дальше всё само пойдёт.<br/>Александр ЯГОДКИН, ВОРОНЕЖ</details>