<?xml version="1.0" encoding="utf-8"?><FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><genre>child_tale</genre><genre>in_verse</genre><author><first-name>Тогаре</first-name><last-name>Бро</last-name></author><author><first-name>Ферике</first-name><last-name>Усыв</last-name></author><author><first-name>Джалиле</first-name><last-name>Аджо</last-name></author><author><first-name>Адое</first-name><last-name>Джанго</last-name></author><author><first-name>Азизе</first-name><last-name>Иско</last-name></author><author><first-name>Карленэ</first-name><last-name>Чачани</last-name></author><author><first-name>Усувэ</first-name><last-name>Бако</last-name></author><author><first-name>Шкое</first-name><last-name>Гасан</last-name></author><author><first-name>Бахчое</first-name><last-name>Иско</last-name></author><book-title>Сказка о Бар-Муразе</book-title><annotation><p>Перед вами сборник стихотворных сказок, написанных по мотивам курдского народного творчества девятью советскими авторами — курдами из Грузии и Армении.</p><p>Для среднего школьного возраста.</p></annotation><date/><coverpage><image l:href="#cover"/></coverpage><lang>ru</lang><src-lang>ku</src-lang><translator><first-name>Рувим</first-name><middle-name>Давидович</middle-name><last-name>Моран</last-name></translator><translator><first-name>Юрий</first-name><middle-name>Дмитриевич</middle-name><last-name>Полухин</last-name></translator><translator><first-name>Елена</first-name><middle-name>Мееровна</middle-name><last-name>Аксельрод</last-name></translator><translator><first-name>Татьяна</first-name><middle-name>Александровна</middle-name><last-name>Спендиарова</last-name></translator><translator><first-name>Ирина</first-name><middle-name>Анатольевна </middle-name><last-name>Снегова</last-name></translator></title-info><document-info><author><first-name>Isais</first-name><last-name/></author><program-used>ABBYY FineReader 11, FictionBook Editor Release 2.6.7, fb2cut 2.5.4</program-used><date value="2024-05-31">133616166129830000</date><src-ocr>ABBYY FineReader 11</src-ocr><id>0A9E6E14-4161-4FB9-A6DB-46F5519267BF</id><version>1.0</version><history><p>1.0 — сканирование, OCR, верстка, вычитка, обработка картинок — Isais.</p></history></document-info><publish-info><book-name>Сказка о Бар-Муразе</book-name><publisher>Детская литература</publisher><city>Москва</city><year>1971</year></publish-info><custom-info info-type="bibliography">Сказка о Бар-Муразе : легенды и сказки : пер. с курд. : [для сред. шк. возраста] / сост. Б. Иско ; рис. П. Пономаренко. — М. : Детская литература, 1971. — 157, [2] с. : ил. — 75 000 экз.</custom-info><custom-info info-type="out-put data">Для среднего школьного возраста  
СКАЗКА О БАР-МУРАЗЕ  
Ответственный редактор А. М. Соломонов.   
Художественный редактор В. А. Горячева.  
Технические редакторы И. П. Савенкова и 3. М. Кузьмина. Корректоры Т. П. Лекзерович и Т. Ф. Юдичева.  

Сдано в набор 13/VIII-1971 г. Подписано к печати 10/ХI-1971 г. Формат 84Х108 1/16. Печ. л. 5. Усл. печ. л. 8,4. Уч.-изд. л. 6,85. Тираж 75 000. ТП 19/1 Кг 432. А09443. Цена 50 коп. на бум. № 1.    
Ордена Трудового Красного Знамени издательство «Детская литература» Комитета по печати при Совете Министров РСФСР. Москва, Центр, М. Черкасский пер., 1.  
Ордена Трудового Красного Знамени фабрика «Детская книга» № 1 Росглавполиграфпрома Комитета по печати при Совете Министров РСФСР. Москва, Сущевский вал, 49. Зак, 2741.

</custom-info></description><body><title><p>Сказка о Бар-Муразе</p></title><section><image l:href="#1"/><subtitle><strong>ЛЕГЕНДЫ И СКАЗКИ</strong></subtitle><subtitle><strong>ПЕРЕВОД С КУРДСКОГО</strong></subtitle><p>Перед вами сборник стихотворных сказок, написанных по мотивам курдского народного творчества. В этой книге представлены произведения девяти современных авторов-курдов, живущих в Грузии и Армении.</p><p>Курдский фольклор богат и разнообразен. В эпических сказаниях, легендах, песнях, сказках воспевается свободолюбие и храбрость, доброта и верность в дружбе, непримиримость к предательству, трусости, лжи. Среди курдских сказок особенно широко бытуют героические и волшебные сказки, воспевающие отважных героев, которые борются за правду и справедливость. Несколько лет назад в нашем издательстве вышел в свет сборник курдских народных сказок в пересказе известного курдского писателя и общественного деятеля Араба Шамилова.</p><p>Курды издревле населяли обширную территорию горных районов Малой Азии. Они живут в Турции, Иране, Ираке, Сирии и в Советском Союзе. Всего их в мире около семи миллионов человек. Занимаются курды в основном скотоводством и земледелием. В многочисленных трудах географов и путешественников прошлого описаны быт и нравы курдов — людей свободолюбивых, храбрых, гостеприимных.</p><p>Земли курдов с древнейших времен беспрерывно подвергались нашествиям чужеземцев. Шла ли война между древними Ираном и Грецией, двигались ли чужеземные войска на завоевание новых земель, решались ли военные споры, шли ли европейские государства устанавливать колониальное господство на Среднем Востоке — их путь всегда лежал через Курдистан. И всякий раз курды грудью вставали на защиту своей родины. Но на чьей бы из сторон ни оказывалась победа, неизменно на долю курдов выпадали потери и страдания. Вот почему история курдского народа — это история непрерывных восстаний против поработителей и борьбы за национальную независимость.</p><p>Часть курдов, перешедшая в начале прошлого века в российское подданство, живет в настоящее время в советских республиках Закавказья. За годы Советской власти в их жизни произошли огромные изменения. Великий Октябрь освободил курдов от национального и феодального гнета. У нас в стране впервые создан курдский алфавит. В Ереване издается газета, ведутся передачи на курдском языке, при Союзе писателей Армении работает секция курдских советских писателей, в Академии наук Армении — отдел курдоведения, а в Ереванском государственном университете есть курдское отделение. Писателями-курдами созданы романы, повести, поэмы, и произведения эти печатаются не только на курдском, но переводятся на языки других народов СССР и зарубежных стран.</p><p>Издание этого сборника является первым шагом на пути знакомства юных читателей с произведениями современных писателей-курдов. В книгу вошли произведения далеко не всех курдских поэтов, живущих в Советском Союзе. Выпуск этого сборника — лишь начало большой коллективной работы, которая поможет развернуть широкое полотно жизни и творчества курдов нашей страны.</p></section><section><title><p>Тогаре Бро</p></title><section><image l:href="#2"/><p><sup><sub>ТОГАРЕ БРО (Тогар Теджирович Броев) родился в 1923 году в селе Корбулах, Апаранского района, Армянской ССР, в семье рабочего. Среднее образование получил в Тбилиси. В 1961 году окончил Киевский институт гражданского воздушного флота.</sub></sup></p><p><sup><sub>Еще в юности Тогар Броев увлекался народным творчеством, записывал образцы курдского фольклора. С 1953 года начал печатать свои стихи в курдской газете «Рйа таза», выходящей в Ереване. В переводах на русский, грузинский и армянский языки стихи Броева публиковались в различных газетах, журналах и сборниках. Сейчас Броев живет в Тбилиси, занимается творческой работой и сотрудничает в газете «Рйа таза».</sub></sup></p></section><section><title><p>СКАЗКА О БАР-МУРАЗЕ<a l:href="#n_1" type="note">[1]</a></p></title><poem><stanza><v>В далекой дали, меж высоких гор,</v><v>Стоял красивый город с давних пор,</v></stanza><stanza><v>И снежный пик сверкал над ним алмазом.</v><v>В его предместье, с сыном Бар-Муразом,</v></stanza><stanza><v>Жила вдова по имени Симе́.</v><v>Нужда царила в маленькой семье.</v></stanza><stanza><v>Был юноша зимою дровосеком,</v><v>А летом богачам служил и бекам.</v></stanza><stanza><v>Он по́том обливался за гроши,</v><v>Изведал унижение души.</v></stanza><stanza><v>Когда дошло терпенье до предела,</v><v>Он матери, что с горя поседела,</v></stanza><stanza><v>Сказал однажды горькие слова:</v><v>— Моим трудом мы кормимся едва,</v></stanza><stanza><v>Спасения от нищеты не зная.</v><v>Так дальше жить нельзя, о мать родная!</v></stanza><stanza><v>Задумал я, чтоб справиться со злом,</v><v>Заняться благородным ремеслом:</v></stanza><stanza><v>Я нарублю в лесу помягче чурки</v><v>И стану вырезать из них фигурки.</v></stanza><stanza><v>Ребенку — радость, взрослому — намек.</v><v>Сказала мать: — Тебе видней, сынок.</v></stanza><stanza><v>Казалась ей пустой его затея.</v><v>Но сын, искусством резчика владея,</v></stanza><stanza><v>Набор ножей особых раздобыл,</v><v>Весь день строгал, вырезывал, долбил</v></stanza><stanza><v>И сотворил, насыпав на пол стружки,</v><v>Забавные фигурки и игрушки.</v></stanza><stanza><v>А на рассвете юный Бар-Мураз</v><v>Шел на базар с товаром в первый раз.</v></stanza><stanza><v>Он с небывалым торговал успехом!</v><v>Глядели люди, заливаясь смехом,</v></stanza><stanza><v>Как богатей-брюхач с добром в мешке</v><v>На изможденном ездит бедняке;</v></stanza><stanza><v>Как важно держит голову вельможа,</v><v>Которая на тыкву столь похожа,</v></stanza><stanza><v>И не рука людская, а камча<a l:href="#n_2" type="note">[2]</a></v><v>Растет у бека прямо из плеча.</v></stanza><stanza><v>Да, нарасхват игрушки эти были,</v><v>И люди их мгновенно раскупили.</v></stanza><stanza><v>В тот день домой вернулся Бар-Мураз,</v><v>С судьбой своей впервые примирясь.</v></stanza><stanza><v>Шли месяцы, минуло меньше года,</v><v>А юноша снискал любовь народа.</v></stanza><stanza><v>Его игрушки, словно сталь мечей,</v><v>Разили богачей и палачей,</v></stanza><stanza><v>И смех людей, познавших страх гнетущий,</v><v>Пугал их угнетателей все пуще.</v></stanza><stanza><v>К тому же у базарных заправил</v><v>Умелец покупателей отбил.</v></stanza><stanza><v>Купцы, вожди ремесленного цеха,</v><v>Страшились Бар-Муразова успеха.</v></stanza><stanza><v>Все те, кому наш резчик угрожал,</v><v>Кто за казну, за власть свою дрожал,</v></stanza><stanza><v>Решили дружно отомстить смутьяну</v><v>И с жалобой пошли к царю Гасану:</v></stanza><stanza><v>— О повелитель! Появился вдруг</v><v>Хулитель злой твоих достойных слуг;</v></stanza><stanza><v>Он возмущает чернь, и клеветою</v><v>Колеблет трона твоего устои.</v></stanza><stanza><v>Великий царь, казнить его вели! —</v><v>Разгневанный, вскричал Гасан-Али:</v></stanza><stanza><v>— Того, кто царство наше губит смутой,</v><v>Казнить немедля казнью самой лютой!</v></stanza><stanza><v>— Позволь мне дать совет, — сказал визирь. —</v><v>Есть далеко за городом пустырь</v></stanza><stanza><v>С высокой башней. Бунтовщик преступный</v><v>Там, на ее верхушке недоступной,</v></stanza><stanza><v>Останется без пищи и воды,</v><v>И вскоре от прожорливой орды</v></stanza><stanza><v>Стервятников не сможет он отбиться,</v><v>И расклюют его живого птицы.</v></stanza><stanza><v>Так мы без шума лишнего, тайком,</v><v>Расправимся с опаснейшим врагом. —</v></stanza><stanza><v>Совет пришелся по душе владыке,</v><v>И он сказал под радостные крики:</v></stanza><stanza><v>— Визирь наш прав, и с ним согласны мы…</v><v>И той же ночью, под покровом тьмы,</v></stanza><stanza><v>Был схвачен стражей юноша бесстрашный</v><v>И заточен на вышке мрачной башни.</v></stanza><stanza><v>Неумолимо тек за часом час…</v><v>Как пленный барс, метался Бар-Мураз;</v></stanza><stanza><v>Его томила жажда, мучил голод,</v><v>Днем солнце жгло, корежил ночью холод;</v></stanza><stanza><v>Он вопрошал созвездья, но пути</v><v>К спасенью и по ним не мог найти.</v></stanza><stanza><v>Он потерял надежду, впал в унынье</v><v>И только смерти скорой ждал отныне.</v></stanza><stanza><v>Оставим Бар-Мураза одного</v><v>И возвратимся к матери его.</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>Дошло к Симе, где сын ее томится,</v><v>Ее дитя, очей ее зеница.</v></stanza><stanza><v>Внимая сердцу, любящая мать</v><v>Сумела вскоре башню отыскать,</v></stanza><stanza><v>Взглянула — высока стена крутая!</v><v>И стала мать ходить вокруг, рыдая:</v></stanza><stanza><v>— Господь, создатель неба и земли,</v><v>Спасенье сыну моему пошли!</v></stanza><stanza><v>Был голос слаб, как шелест камышины,</v><v>А башни мрачной далека вершина,</v></stanza><stanza><v>Но почему-то вздрогнул Бар-Мураз;</v><v>Он глянул вниз, надеждой озарясь,</v></stanza><stanza><v>Ему не зренье — сердце подсказало,</v><v>Что матушка в отчаянье взывала.</v></stanza><stanza><v>— О мать, — взмолился он, — я изнемог!</v><v>Достань скорее шелковый клубок,</v></stanza><stanza><v>Канат длиной в два роста башни этой,</v><v>И к жизни я вернусь, тобой согретый…</v></stanza><stanza><v>Все в точности исполнила Симе:</v><v>С клубком, с веревкой вновь пришла к тюрьме.</v></stanza><stanza><v>— Смотри, вот муравьи, — сказал ей узник,—</v><v>Вверх-вниз снуют, и каждый — мне союзник!</v></stanza><stanza><v>Так моему спасенью послужи:</v><v>Ты нитку отмотай и привяжи</v></stanza><stanza><v>Один ее конец к веревке длинной,</v><v>Другой — к проворной лапке муравьиной.</v></stanza><stanza><v>Повиновалась мать. И муравей</v><v>Вверх по тропинке каменной своей</v></stanza><stanza><v>Донес до сына кончик шелковинки,</v><v>А тот втащил веревку без заминки.</v></stanza><stanza><v>Он молвил: — Мать, ты силу обрети,</v><v>Тяжелый камень к башне подкати</v></stanza><stanza><v>И обвяжи его концом каната.—</v><v>С трудом, но мать все сделала, как надо.</v></stanza><stanza><v>Стоит и ждет. И видит вдруг она:</v><v>Веревка натянулась как струна —</v></stanza><stanza><v>То по другую сторону темницы</v><v>Спускался сын… Лишились жертвы птицы!</v></stanza></poem><image l:href="#3"/><poem><stanza><v>На землю Бар-Мураз ступил опять,</v><v>Спасительницу-мать спешил обнять.</v></stanza><stanza><v>Сказал: — Бежим, пока еще охрана</v><v>Не знает, что ушел я из капкана.</v></stanza><stanza><v>Зарыли в землю нитку и канат</v><v>И в чащу углубились наугад.</v></stanza><stanza><v>— О горе мне, — промолвил сын, стеная,—</v><v>Капканом стала мне страна родная,</v></stanza><stanza><v>И стал мой отчий дом ловушкой зла!</v><v>Ты, мать, мне жизнь дала и жизнь спасла,</v></stanza><stanza><v>Но нам опасно оставаться вместе.</v><v>В горах укроюсь я от царской мести.</v></stanza><stanza><v>Оставим Бар-Мураза среди гор,</v><v>Теперь другой начнется разговор.</v></stanza><stanza><v>Проходит день, приходит время тьмы,</v><v>К царю Гасану возвратимся мы.</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>Семь дней прошло с тех пор, как резчик бедный</v><v>Спустился с башни и пропал бесследно.</v></stanza><stanza><v>Вдруг вспомнил царь о нем и дал приказ</v><v>Узнать немедля, жив ли Бар-Мураз.</v></stanza><stanza><v>Послали к башне стражников. О чудо!</v><v>Она пуста, «злодей» исчез оттуда.</v></stanza><stanza><v>Рассвирепел, взревел Гасан-Али,</v><v>Когда ему об этом донесли.</v></stanza><stanza><v>Царь на визиря весь свой гнев обрушил:</v><v>— Зачем тебя, безмозглого, я слушал?</v></stanza><stanza><v>Смотри — вот что совет наделал твой:</v><v>Проклятый резчик ускользнул живой!</v></stanza><stanza><v>Где хочешь разыщи его, иначе</v><v>Я самого тебя в тюрьму упрячу!</v></stanza><stanza><v>Понурившись, побрел вельможа прочь.</v><v>Страшась царя, он думал день и ночь,</v></stanza><stanza><v>И, наконец, он посчитал бесспорным,</v><v>Что Бар-Мураз в ауле скрылся горном.</v></stanza><stanza><v>Но нелегко поймать такую дичь!..</v><v>Чтобы верней желанного достичь,</v></stanza><stanza><v>Визирь созвал, пока еще не поздно,</v><v>Аульных беков и сказал им грозно:</v></stanza><stanza><v>— Эй, вы! Я испытать ваш ум хочу!</v><v>Я каждому из вас овцу вручу,</v></stanza><stanza><v>С которой шерсть сострижена досрочно</v><v>И вес которой нам известен точно.</v></stanza><stanza><v>Чрез месяц вы должны — таков приказ</v><v>Вернуть ее такой же, как сейчас:</v></stanza><stanza><v>Руна лишенной и того же веса.</v><v>Не поддавайтесь наущеньям беса —</v></stanza><stanza><v>Овцу не подменяйте, тридцать дней</v><v>Не прикасайтесь ножницами к ней.</v></stanza><stanza><v>Кто в срок приказ мой не исполнит, беки,</v><v>Простится с головой своей навеки!</v></stanza><stanza><v>Повиновались беки хитрецу,</v><v>И каждый бек увел с собой овцу.</v></stanza><stanza><v>Теперь визиря мы оставим сразу,</v><v>И возвратимся в горы к Бар-Муразу.</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>В ауле отдаленном и глухом</v><v>Беглец служил у бека пастухом.</v></stanza><stanza><v>Его хозяин, бек Хали́ф, в ту пору</v><v>Как будто жизни потерял опору —</v></stanza><stanza><v>Угрозами визиря удручен,</v><v>Как быть с его овцой, не ведал он.</v></stanza><stanza><v>Сказал пастух смиренный господину:</v><v>— Открой мне горя твоего причину.</v></stanza><stanza><v>Быть может, я могу тебе помочь.—</v><v>Но тот ответил: —Убирайся прочь!</v></stanza><stanza><v>Жена с укором обратилась к беку:</v><v>— Зачем же гнать? Доверься человеку.—</v></stanza><stanza><v>И пастуху свою беду Халиф</v><v>Поведал, ничего не утаив.</v></stanza><stanza><v>Подумал Бар-Мураз и молвил слово:</v><v>— Ну что ж, перехитрю визиря снова!</v></stanza><stanza><v>Отправимся охотиться вдвоем —</v><v>Должны мы волка захватить живьем;</v></stanza><stanza><v>В овчарне мы его к кольцу привяжем</v><v>В одном углу, в другом — овцу привяжем.</v></stanza><stanza><v>Мы волку — мяса, сена — ей дадим;</v><v>От страха перед хищником таким</v></stanza><stanza><v>Овца, и сено съев, жирней не станет,</v><v>И даже шерсть расти на ней не станет.</v></stanza><stanza><v>Овцу вернешь такою же, как есть,</v><v>И тем спасешь и жизнь свою и честь.</v></stanza><stanza><v>Бек подивился, речь услышав эту.</v><v>Но в точности последовал совету.</v></stanza><stanza><v>Все было так, как предсказал пастух:</v><v>Курдюк овцы за месяц не распух,</v></stanza><stanza><v>И шерсть не отросла. Был Бар-Муразом,</v><v>Который хитрость проявил и разум,</v></stanza><stanza><v>Доволен бек: он без боязни смог</v><v>Вести овцу к визирю в должный срок.</v></stanza><stanza><v>Визирь же был доволен Халиф-беком —</v><v>Ведь горец не был мудрым человеком</v></stanza><stanza><v>И, значит, кто-то за него другой</v><v>С головоломкой справился такой.</v></stanza><stanza><v>А тем другим мог быть в глуши далекой</v><v>Лишь тот, кто с башни убежал высокой.</v></stanza><stanza><v>— Скажи мне, верный бек, — спросил визирь,</v><v>Кто в этом деле был твой поводырь?</v></stanza><stanza><v>— О светоч царства! Правды я не прячу:</v><v>Решил пастух мой хитрую задачу.</v></stanza><stanza><v>— Так вот, Халиф: ты хочешь жить? Тогда</v><v>Скорее пастуха доставь сюда!</v></stanza><stanza><v>И снова бек домой вернулся хмурый —</v><v>Опять он рисковал своею шкурой —</v></stanza><stanza><v>И пастуху велел: — Готовься в путь,</v><v>Визирь желает на тебя взглянуть.</v></stanza><stanza><v>Пастух ответил, скрыв свою тревогу:</v><v>— Я до рассвета соберусь в дорогу.—</v></stanza><stanza><v>Ночь. Суета дневная улеглась.</v><v>Лишь Бар-Мураз сомкнуть не может глаз.</v></stanza><stanza><v>Опять визирь свои расставил путы…</v><v>Бежать, бежать, не медля ни минуты!</v></stanza><stanza><v>Хозяин спал, но и во сне грустил.</v><v>А пастуха уже и след простыл.</v></stanza><stanza><v>Проснулся бек, а Бар-Мураза нету.</v><v>Как принести визирю новость эту?</v></stanza><stanza><v>Шел во дворец в великом страхе он</v><v>И видел уж себя на плахе он…</v></stanza><stanza><v>Но вдруг визирь, разгневанный вначале,</v><v>Велел, чтоб горца просто взашей гнали:</v></stanza><stanza><v>Ведь устеречь не мог какой-то бек</v><v>Того, кто с башни совершил побег!</v></stanza><stanza><v>Оставим размышлять визиря злого</v><v>И к Бар-Муразу возвратимся снова.</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>В соседнем царстве правил царь Ахмед.</v><v>Там отыскался Бар-Муразов след.</v></stanza><stanza><v>Беглец в лачуге на краю столицы</v><v>Нашел приют у старенькой вдовицы.</v></stanza><stanza><v>По городу бродил он без конца,</v><v>И, проходя у царского дворца,</v></stanza><stanza><v>В одном окне он девушку заметил,</v><v>Чей дивный лик был словно солнце светел.</v></stanza><stanza><v>Был юноша красавицей пленен.</v><v>Придя домой, спросил старуху он:</v></stanza><stanza><v>— Кого увидел я в окне дворцовом?</v><v>Всели в меня надежду добрым словом!</v></stanza><stanza><v>— То дочь царя Ахмеда — Майяне́.</v><v>Забудь о ней, сынок. Известно мне:</v></stanza><stanza><v>Ее в уединенье держат строгом,</v><v>И, если царь узнает ненароком,</v></stanza><stanza><v>Что загляделся на нее чужой,</v><v>Предаст он смерти дерзкого душой.</v></stanza><stanza><v>Но юный резчик непоколебимо</v><v>Решил добиться доступа к любимой,</v></stanza><stanza><v>Решил, как раньше, на родной земле</v><v>Достичь вершин в искусном ремесле.</v></stanza><stanza><v>И снова он прославился повсюду,</v><v>Стал другом обездоленному люду.</v></stanza><stanza><v>Своим искусством в редкостной резьбе</v><v>Он угнетенных пробуждал к борьбе,</v></stanza><stanza><v>Творил добро, не думая о плате,</v><v>И вызвал гнев у богачей и знати.</v></stanza><stanza><v>Врагов своих он возмутил вконец,</v><v>Когда возвел красивейший дворец</v></stanza><stanza><v>И бедняков позвал в нем поселиться.</v><v>Купцы, чины почетные столицы</v></stanza><stanza><v>Царю Ахмеду жалобу несут:</v><v>— О государь, твори свой правый суд!</v></stanza><stanza><v>Ты покарай безвестного пришельца,</v><v>Зловредного, бесчестного умельца:</v></stanza><stanza><v>Он хочет бедных к бунту возмутить</v><v>И твой дворец своим дворцом затмить.</v></stanza><stanza><v>Смутьяна царь велел без канители</v><v>В дворцовое упрятать подземелье.</v></stanza><stanza><v>(Покой царевны Майяне самой</v><v>Как раз был расположен над тюрьмой.)</v></stanza><stanza><v>На башне раньше узника скрывали,</v><v>Теперь томился Бар-Мураз в подвале.</v></stanza><stanza><v>Но было утешение одно:</v><v>Ему еду носить разрешено.</v></stanza><stanza><v>Друзья его кормили понемножку.</v><v>Однажды принесли ему лепешку;</v></stanza><stanza><v>С трудом он разломил ее, зато</v><v>Нашел в ней молоток и долото.</v></stanza><stanza><v>И с той поры он по ночам бессменно</v><v>Долбил темницы каменную стену.</v></stanza><stanza><v>Лишь через сорок суток Бар-Мураз</v><v>Сумел пробить наружу узкий лаз.</v></stanza><stanza><v>Куда же вел он? В сад, где в час полдневный</v><v>Любила отдыхать в тени царевна,</v></stanza><stanza><v>И узник, выйдя через лаз в стене,</v><v>Мог любоваться милой Майяне.</v></stanza><stanza><v>Влюбленный сладкой предавался неге —</v><v>Забыл и думать даже о побеге.</v></stanza><stanza><v>Увидел он в один из жарких дней</v><v>Царевну спящей — и пробрался к ней.</v></stanza><stanza><v>Не удержался юноша мятежный —</v><v>Губами прикоснулся к щечке нежной</v></stanza><stanza><v>И скрылся… Встрепенулась Майяне</v><v>И в зеркало взглянула в полусне:</v></stanza><stanza><v>Горит одна щека от поцелуя!</v><v>Но кто же в сад проник, собой рискуя?</v></stanza><stanza><v>Царевна тайну разгадать должна!</v><v>Назавтра, прежде чем прилечь, она</v></stanza><stanza><v>Посыпала порез на пальце солью,</v><v>Чтоб отогнать дремоту легкой болью.</v></stanza><stanza><v>Царевна ждет, не открывая глаз…</v><v>Вот кто-то тихо, как и в прошлый раз,</v></stanza><stanza><v>Коснулся вдруг ее щеки атласной.</v><v>Глядит — пред нею юноша прекрасный.</v></stanza><stanza><v>Подумала она: «Вот человек,</v><v>Которого я полюблю навек!»</v></stanza><stanza><v>Смутило Бар-Мураза пробужденье</v><v>Царевны — он молил о снисхожденье:</v></stanza><stanza><v>— О радость жизни! Не гони меня,</v><v>А там — захочешь — хоть казни меня!</v></stanza><stanza><v>Такой ответ из уст услышал милых:</v><v>— С юноша, я гнать тебя не в силах.</v></stanza><stanza><v>Хотела крикнуть — отказал язык.</v><v>Но как, поведай, ты в мой сад проник?</v></stanza><stanza><v>Ты добрый ангел или демон злобный?</v><v>— Я человек, во всем тебе подобный,—</v></stanza><stanza><v>Не дух небесный и не чародей,</v><v>Я — царский узник, жертва злых людей.</v></stanza><stanza><v>Поверил твой отец их наговору,</v><v>И заперли меня в сырую нору.</v></stanza><stanza><v>Но все же благодарен я судьбе:</v><v>Через тюрьму нашел я путь к тебе.</v></stanza><stanza><v>— Так это ты, — воскликнула царевна,—</v><v>Чью мудрость восхваляют повседневно,</v></stanza><stanza><v>Кого за доброту и мастерство</v><v>Народ воспел как друга своего!</v></stanza><stanza><v>Пускай обычай скромности нарушу,</v><v>Но я признаюсь: ты запал мне в душу…</v></stanza><stanza><v>Оставим тех, к кому пришла любовь,</v><v>К царю Гасану возвратимся вновь.</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>«Где Бар-Мураз?» — об этом неустанно</v><v>Тревожился визирь царя Гасана.</v></stanza><stanza><v>В соседних землях, где царил Ахмед,</v><v>Терялся беглеца последний след.</v></stanza><stanza><v>Визирь сказал царю: — Мы наудачу</v><v>Попробуем соседу дать задачу —</v></stanza><stanza><v>Ту, что решил бы только Бар-Мураз;</v><v>Коли он там, найдем его как раз.</v></stanza><stanza><v>И вскоре — царь царю, сосед соседу —</v><v>Гасан-Али посланье шлет Ахмеду:</v></stanza><stanza><v>«Был на верхушке башни заточен</v><v>Преступник, но исчез бесследно он.</v></stanza><stanza><v>Как он бежал? Дня через три с ответом</v><v>Пришли того, кто разберется в этом.</v></stanza><stanza><v>Не отгадаешь — мы начнем войну</v><v>И разорим дотла твою страну».</v></stanza><stanza><v>Вот царь Ахмед, прочтя слова посланья,</v><v>Созвал к себе мужей ума и знанья.</v></stanza><stanza><v>Но не нашел никто, каков ответ,</v><v>Прошло два дня, а все решенья нет.</v></stanza><stanza><v>Страна перед угрозою великой</v><v>Скорбела вместе со своим владыкой.</v></stanza><stanza><v>Царь не хотел войны, как и народ,</v><v>Но кто удар от царства отведет?</v></stanza><stanza><v>А в это время узник и царевна</v><v>Тайком в саду встречались ежедневно.</v></stanza><stanza><v>Однажды Майяне, уже впотьмах,</v><v>Явилась к Бар-Муразу вся в слезах.</v></stanza><stanza><v>Спросил он: — Кто посмел тебя обидеть? —</v><v>Сказала: — Через день, как солнце выйдет,</v></stanza><stanza><v>Гасан-Али войной пойдет на нас,</v><v>А мы слабей его во много раз.</v></stanza><stanza><v>И объяснила, предаваясь плачу,</v><v>Какую дал коварный царь задачу.</v></stanza><stanza><v>— Зачем же ты молчала, боль тая! —</v><v>Воскликнул узник. — Тайну знаю я,</v></stanza><stanza><v>И нет в разгадке никакого чуда.</v><v>Но раньше должен выйти я отсюда.</v></stanza><stanza><v>К царю помчалась Майяне: — Отец,</v><v>Не мог помочь нам ни один мудрец,</v></stanza><stanza><v>Но узник есть без звания и сана,</v><v>Он может сам перехитрить Гасана! —</v></stanza><stanza><v>Царь повелел скорее привести</v><v>Того, кто знал к спасению пути.</v></stanza><stanza><v>А Бар-Мураз, представ перед Ахмедом,</v><v>Сказал: —Мне грех злопамятства неведом.</v></stanza><stanza><v>Хотя ты был несправедлив ко мне,</v><v>Но я готов служить твоей стране.</v></stanza><stanza><v>Ответил царь: — Ты без вины наказан,</v><v>Но если миром буду я обязан</v></stanza><stanza><v>Твоей смекалке и твоим трудам,</v><v>Тебе я в жены дочь свою отдам.</v></stanza><stanza><v>И часа не замешкавшись, влюбленный</v><v>Пустился в путь, надеждой окрыленный.</v></stanza><stanza><v>Вот прибыл он к Гасану во дворец,</v><v>Былой, никем не узнанный беглец.</v></stanza><stanza><v>К царю с таким он обратился словом:</v><v>— О государь! На пустыре суровом,</v></stanza><stanza><v>У старой башни, собери народ:</v><v>Где ложь, где правда, сам он разберет.</v></stanza><stanza><v>Коль я тебе неправильно отвечу,</v><v>Вели казнить — я смерть на плахе встречу.</v></stanza><stanza><v>А если разгадаю злую блажь,</v><v>Ты двум народам мир навечно дашь.</v></stanza><stanza><v>Согласье дал властитель вероломный.</v><v>И вот у башни пред толпой огромной</v></stanza><stanza><v>Прибегнул Бар-Мураз к таким словам:</v><v>— Я из страны соседней прибыл к вам.</v></stanza><stanza><v>Спросили нас, грозя войной жестокой,</v><v>Как мог преступник с башни столь высокой,</v></stanza><stanza><v>Следов не оставляя, убежать?</v><v>Даю ответ: спасала сына мать.</v></stanza><stanza><v>Она канат в два роста башни этой</v><v>Достала по сыновнему совету,</v></stanza><stanza><v>А также ниток шелковых клубок…</v><v>Вы видите, как в самый солнцепек</v></stanza><stanza><v>По башне вверх ползут живые точки;</v><v>То хлопотливых муравьев цепочки.</v></stanza><stanza><v>Мать отмотала шелковую нить</v><v>И изловчилась присоединить</v></stanza><stanza><v>Один ее конец к веревке длинной,</v><v>Другой — к проворной лапке муравьиной;</v></stanza><stanza><v>И по тропинке каменной своей</v><v>Пополз к верхушке башни муравей.</v></stanza><stanza><v>Схватил преступник кончик шелковинки</v><v>И вверх втащил веревку без заминки.</v></stanza><stanza><v>Тут к башне камень подкатила мать!</v><v>Чтоб свой конец веревки привязать.</v></stanza><stanza><v>Преступник по другой стене темницы</v><v>Вниз, за канат держась, сумел спуститься.</v></stanza><stanza><v>А чтоб никто уловки не открыл,</v><v>Канат и нитку в землю он зарыл.</v></stanza><stanza><v>Могу поклясться перед целым светом —</v><v>Все было так. Доволен царь ответом?</v></stanza><stanza><v>— Но где же доказательства твои? —</v><v>Вскричал визирь. — Одни лишь муравьи?</v></stanza><stanza><v>Тут Бар-Мураз из тайника былого</v><v>Веревку вырыл, не сказав ни слова.</v></stanza><stanza><v>Царь побледнел: — А где же сам мудрец?</v><v>И Бар-Мураз признался наконец,</v></stanza><stanza><v>Что это он был жертвой злостных козней,</v><v>Что это он бежал из башни грозной.</v></stanza><stanza><v>Народ узнал любимца своего</v><v>И громко славил правды торжество.</v></stanza><stanza><v>— Ты справедлив и мудр! — гремели клики.</v><v>Вернулся к нам защитник наш великий!</v></stanza><stanza><v>Довольно гнет и нищету терпеть!</v><v>Пусть Бар-Мураз страною правит впредь!</v></stanza><stanza><v>Страшась народной ярости открытой,</v><v>Гасан Али бежал со всею свитой.</v></stanza><stanza><v>Стал мудрый резчик во главе страны,</v><v>Избавленной от гнета и войны.</v></stanza><stanza><v>Кто добывал свой хлеб трудом прилежным,</v><v>Тот пребывал в покое безмятежном.</v></stanza><stanza><v>Дошла и до царя Ахмеда весть</v><v>О том, что узник спас державы честь.</v></stanza><stanza><v>Его умом, отвагой восхищенный,</v><v>Ахмед ему царевну отдал в жены.</v></stanza><stanza><v>Правитель юный через десять дней</v><v>Привез невесту к матери своей,</v></stanza><stanza><v>И вся страна на свадьбе пировала.</v><v>Такого здесь веселья не бывало —</v></stanza><stanza><v>Везде гремела громкая хвала</v><v>Тому, кто свергнул силы тьмы и зла.</v></stanza><stanza><v>Давайте же и мы в конце рассказа</v><v>Поздравим Майяне и Бар-Мураза…</v></stanza></poem><image l:href="#4"/></section></section><section><title><p>Ферике Усыв</p></title><section><image l:href="#5"/><p><sup><sub>ФЕРИКЕ УСЫВ (Ферик Усывович Ибоян) родился в 1934 году в селе Курдски Памб, Апаранского района, Армянской ССР, в семье крестьянина.</sub></sup></p><p><sup><sub>После окончания неполной средней школы поступил в Ереванское педагогическое училище. Далее учился в Ереванском педагогическом институте. Закончив институт, Ибоян занимался педагогической деятельностью.</sub></sup></p><p><sup><sub>Стихи Ферика Ибояна систематически появлялись на страницах курдской газеты «Рйа таза», в учебниках и сборниках.</sub></sup></p><p><sup><sub>Ф. Усыг — автор трех книг стихов.</sub></sup></p></section><section><title><p>СОН МИРМЕГА<a l:href="#n_3" type="note">[3]</a></p></title><subtitle>1</subtitle><poem><stanza><v>Мирме́г от смерти ускользнул,</v><v>Покинул он родной аул,</v><v>Сказал: — Пойду в широкий свет</v><v>Искать страну, где смерти нет,</v><v>Где нет хлопот, где нет забот,</v><v>Где вечно человек живет.</v></stanza><stanza><v>Он шел — дорога далека! —</v><v>И по лесам, и по полям,</v><v>И вот он видит старика,</v><v>И говорит ему: — Салям! —</v><v>Старик спросил его тогда:</v><v>— С добром ли ты пришел сюда?</v><v>— С добром, но правды не таю —</v><v>Хочу лишь полного добра.</v><v>Ты стар, прошла твоя пора,</v><v>Но есть ли смерть в твоем краю? —</v><v>Старик с усмешкою сказал:</v><v>— Господь, начало всех начал,</v><v>Так создал мир: умрет одно,</v><v>Взамен другое рождено.</v><v>Расчистив новому пути,</v><v>Все старое должно уйти:</v><v>Опали с розы лепестки,</v><v>Но семена дадут ростки;</v><v>Уходит в океан река —</v><v>Другую копят облака;</v><v>Гора обрушилась — возник</v><v>Неподалеку новый пик;</v><v>Восходит новая звезда —</v><v>Другая меркнет навсегда.</v><v>Во всем такая круговерть —</v><v>Неразлучимы жизнь и смерть!</v><v>Мне та же участь суждена:</v><v>В ущелье, где не видно дна,</v><v>Раз в день, прервав свои труды,</v><v>Я выливаю ковш воды;</v><v>Когда заполнится провал,</v><v>То будет знак — мой день настал…</v></stanza></poem><subtitle><strong>2</strong></subtitle><poem><stanza><v>Мирмег прищелкнул языком,</v><v>Простился с мудрым стариком.</v><v>Его все дальше по земле</v><v>Дорога новая вела,</v><v>И вот увидел на скале</v><v>Он кривоклювого орла.</v><v>Мирмег сказал: — Салям, орел!</v><v>Ты всех пернатых превзошел,</v><v>Тебя собратом звезды чтут.</v><v>Ответь мне: смерть бывает тут?</v></stanza><stanza><v>Орел с усмешкою сказал:</v><v>— Господь, начало всех начал,</v><v>Так создал мир: умрет одно,</v><v>Взамен другое рождено.</v><v>Мне та же участь суждена.</v><v>Смотри: вон там гора зерна.</v><v>Раз в день, кляня судьбу свою,</v><v>По одному зерну клюю.</v><v>Когда же кончится гора,</v><v>То будет знак: и мне пора…</v></stanza></poem><subtitle>3</subtitle><poem><stanza><v>Мирмег свой посох взял опять.</v><v>Не думал он вернуться вспять,</v><v>А шел и шел, в жару и стынь,</v><v>Семнадцать исходил пустынь,</v><v>Пятнадцать обошел озер,</v><v>Перевалил тринадцать гор,</v><v>Прошел сто семь болот и рек</v><v>И незаметно пересек</v><v>Границу неба и земли.</v><v>Вдруг рядом, в золотой пыли,</v><v>Неведомо отколь и как</v><v>Возник жилец небес — фалак<a l:href="#n_4" type="note">[4]</a>.</v></stanza><stanza><v>Сказал: — О жизнелюб Мирмег!</v><v>О, смерть клянущий человек!</v><v>Бог услыхал твою мольбу</v><v>И указал свою тропу.</v><v>Вот райский сад тебя зовет —</v><v>Живи в нем вечно без забот,</v><v>Вкушая сладость райских благ, —</v><v>Сказал и вмиг исчез фалак.</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>В саду средь роскоши несметной</v><v>Блаженствует Мирмег бессмертный.</v><v>Здесь что ни шаг — то вид иной,</v><v>В сто раз прекрасней, чем земной:</v><v>В той стороне — одни лишь розы,</v><v>А в этой — только вьются лозы,</v><v>А там — на ветке на одной</v><v>Гранат соседствует с хурмой,</v><v>И рядом с желтым апельсином</v><v>Мигает слива глазом синим.</v><v>С короною на голове</v><v>Павлин ступает по траве,</v><v>Хвост распустив, как опахало.</v><v>Вот соловей над розой алой,</v><v>И птиц алмазных голоса,</v><v>Певуний разных голоса</v><v>Звенят, как сазы или флейты;</v><v>На состязаниях пичуг</v><v>Воркуют горлинки вокруг,</v><v>Газелей распевая бейты.</v><v>И все тут праздник для очей!</v><v>В бассейнах, как снопы лучей,</v><v>Фонтаны блещут, влагой веют,</v><v>И пары лебедей белеют.</v></stanza><stanza><v>Мирмег подумать лишь успел:</v><v>«Я лебедятины бы съел»,—</v><v>Как лебеди исчезли разом,</v><v>А блюдо с лебединым мясом</v><v>И крепкий кофе в пиале</v><v>Стоят на золотом столе.</v><v>Он съел два-три куска, но снова</v><v>Полна тарелка, как была.</v><v>Отпил два-три глотка, но снова</v><v>Полна с краями пиала.</v><v>Мирмег, подумав: «Вот так чудо!»,</v><v>Весь кофе выпил. Но посуда,</v><v>Едва на стол успела стать,</v><v>Сама наполнилась опять.</v><v>Мирмег испуг свой пересилил,</v><v>Мирмег на землю кофе вылил,</v><v>Закинул колдовской сосуд,</v><v>А тот уж снова тут как тут.</v><v>Воскликнув: — Что за наважденье! —</v><v>Мирмег покинул стол в смятенье,</v><v>И стол, исполненный чудес,</v><v>Мгновенно сгинул с глаз, исчез.</v><v>А лебеди опять, как были,</v><v>Живые по бассейну плыли.</v><v>Мирмег увидел — обомлел:</v><v>«Так, значит, я их и не ел?»</v></stanza></poem><image l:href="#6"/><poem><stanza><v>Потом под деревом плодовым</v><v>Стоял он словно околдован,</v><v>Когда же пошатал он ствол,</v><v>Как будто град цветной пошел:</v><v>Плоды диковинной окраски</v><v>Траву устлали, словно в сказке.</v><v>Но зря из груши брызжет сок:</v><v>Мирмег был сыт и есть не мог.</v></stanza></poem><subtitle>4</subtitle><poem><stanza><v>Впервые спал в раю Мирмег.</v><v>Был сладостным его ночлег.</v><v>Зарю он в райской тишине</v><v>В блаженном встретил полусне.</v><v>Сквозь дрему он подумал: «В поле</v><v>Я ныне потружусь поболе,</v><v>Чтоб завтра отдохнуть полней!»</v><v>Но тут алмазный соловей</v><v>Над ним запел, и пленник рая</v><v>Очнулся, с грустью повторяя:</v><v>— Какой там труд! Здесь все игра,</v><v>Здесь нет ни завтра, ни вчера,</v><v>Без вёсен лето вечно длится,</v><v>Нет осени с зимой вослед,</v><v>Ни сева нет, ни косовицы,</v><v>И мельниц с мельниками нет.</v><v>Бежал от смерти в мире тесном?</v><v>Вот и скучай в раю небесном!</v></stanza></poem><subtitle>5</subtitle><poem><stanza><v>В раю с зари до тьмы — досуг.</v><v>Мирмег достал стрелу и лук,</v><v>Чтоб позабавиться охотой;</v><v>Оглядывается вокруг,</v><v>Но всюду очень тихо что-то.</v><v>Сказал: — Добычи не видать,</v><v>И духа дичи не слыхать,</v><v>Тут нет ни волка, ни лисицы,</v><v>Ни лани, ни болотной птицы,</v><v>Нет ни оленя, ни быка,</v><v>Ни тетерева, ни хорька,</v><v>Зайчонка — и того в кустах нет,</v><v>А тиграми тут и не пахнет! —</v><v>Едва успел замолкнуть он,</v><v>Послышались со всех сторон</v><v>И крик, и рык, и рев, и рокот,</v><v>Звериный вой и птичий клекот…</v><v>Охотник! Для тебя тут рай:</v><v>Любую цель ты выбирай!</v></stanza><stanza><v>Мирмег заметил: тигр могучий</v><v>Лег возле дерева под кручей</v><v>И ствол обвил тугим хвостом.</v><v>Мирмег укрылся за кустом,</v><v>Прицелился — и в миг единый</v><v>Стрела вонзилась в лоб тигриный!</v><v>Но зверь и глазом не моргнул —</v><v>Охотнику стрелу вернул,</v><v>Лежит, целехонький, у древа.</v><v>Мирмег весь покраснел от гнева:</v><v>Зачем охотиться? И вдруг</v><v>Ударил о скалу свой лук,</v><v>А тот подпрыгнул и с разбега</v><v>Опять упал к ногам Мирмега…</v></stanza></poem><subtitle>6</subtitle><poem><stanza><v>Не радовал Мирмега рай —</v><v>Таинственный и странный край.</v><v>Сказал: —Уж слишком много здесь</v><v>Волшебств, загадок и чудес!</v><v>Пьешь — пиала еще полней;</v><v>Ты зверя бьешь — он жив и цел;</v><v>В бассейне видишь лебедей,</v><v>Которых только что ты съел.</v><v>Наверно, это озорной</v><v>Фалак смеется надо мной.</v><v>Скажите, что это за рай,</v><v>В котором, что ни пожелай,</v><v>Осуществляется, но так,</v><v>Что попадаешь ты впросак?! —</v><v>И захотелось потому</v><v>Из рая выбраться ему,</v><v>Но тут возник пред ним фалак.</v></stanza><stanza><v>Сказал: — О жизнелюб Мирмег!</v><v>О, смерть клянущий человек!</v><v>Бог услыхал твою мольбу</v><v>И указал свою тропу.</v><v>Вот райский сад тебя зовет,</v><v>Живи в нем вечно без забот,</v><v>Вкушая сладость райских благ, —</v><v>Сказал и вмиг исчез фалак.</v></stanza></poem><subtitle>7</subtitle><poem><stanza><v>Мирмег прошелся по аллее.</v><v>Стенами лунными белея,</v><v>Вдруг засиял пред ним чертог;</v><v>В нем гладкий пол и потолок</v><v>Из серебра литого были</v><v>И блеском пламенным слепили,</v><v>И что-то в нем скрывал от глаз</v><v>Расшитый жемчугом атлас.</v><v>Раскрылся полог, и из двери</v><v>Семь ангелоподобных пери<a l:href="#n_5" type="note">[5]</a></v><v>Явились жителю Земли</v><v>И чередой к пруду прошли.</v><v>Зарей в тумане — еле-еле —</v><v>В воде тела их розовели,</v><v>И вновь увидел их Мирмег</v><v>В одеждах белых точно снег.</v><v>Вокруг в сиянье все тонуло,</v><v>Но холодом от них тянуло,</v><v>Ни звука не слетало с уст,</v><v>И взгляд их был как будто пуст.</v><v>Вот обитательницы рая</v><v>Мирмег коснулся, замирая,</v><v>Но пеной стало под рукой</v><v>То, что блистало красотой.</v><v>Вздохнул Мирмег простосердечный:</v><v>«Как неуютно в жизни вечной!»</v><v>Вкусивший сладость райских благ,</v><v>Он вспомнил свой родной очаг</v><v>В стране отцов благословенной,</v><v>И перенесся он мгновенно</v><v>На чудотворных крыльях дум</v><v>К своей жене, к своей ханум<a l:href="#n_6" type="note">[6]</a>.</v><v>Она улыбкою сверкнула —</v><v>Всю душу в нем перевернула,</v><v>Как сон туманный, далека,</v><v>Как явь желанная, близка.</v><v>Сказал Мирмег: — Да, жизнь есть чудо!</v><v>Все люди смертны, но покуда</v><v>Их очи не застлала мгла,</v><v>Им жизнь и краткая мила!</v><v>В страданьях женщина рожает;</v><v>Быть может, смерть ей угрожает,</v><v>Но ей вернет ее дитя</v><v>Живую радость бытия.</v><v>Есть солнце, есть ненастье в жизни,</v><v>Но это все есть счастье жизни!</v></stanza><stanza><v>Так размышлял беглец Земли.</v><v>Запели соловьи вдали,</v><v>И показалось — это дети</v><v>На том забытом милом свете</v><v>Зовут Мирмега: «К нам спеши!..»</v><v>Он оглянулся — ни души.</v><v>Тоскою сердце раздирая,</v><v>Он так страдал, извелся так,</v><v>Что захотел уйти из рая.</v><v>Но тут пред ним возник фалак.</v></stanza><stanza><v>Сказал: — О жизнелюб Мирмег!</v><v>О, смерть клянущий человек!</v><v>Бог услыхал твою мольбу</v><v>И указал свою тропу.</v><v>Вот райский сад тебя зовет:</v><v>Живи в нем вечно без забот,</v><v>Вкушая сладость райских благ, —</v><v>Сказал и вновь исчез фалак.</v></stanza></poem><subtitle>8</subtitle><poem><stanza><v>Мирмег шагал. А справа, слева</v><v>За древом поднималось древо,</v><v>Но там, где их кончалась тень,</v><v>Мирмег увидел странный пень:</v><v>Златою цепью огорожен,</v><v>На старый жертвенник похож он,</v><v>И вместе с тем — вот чудеса! —</v><v>Он служит втулкой колеса.</v><v>Мирмег приподнял цепь. Однако</v><v>Он вспомнил про наказ фалака:</v><v>«На цепь златую не гляди,</v><v>На пень волшебный не всходи!»</v><v>И все ж, отвергнув неба милость,</v><v>Душа людская возмутилась;</v><v>По горло скукой рая сыт,</v><v>Мирмег сказал: — Чем ни грозит</v><v>Мне ослушанье — я не трушу,</v><v>Запрет фалака я нарушу!</v><v>Все тайны надоели мне.</v><v>А ну, что скрыто в этом пне? —</v><v>Он стал на пень, являя смелость,</v><v>И колесо вдруг завертелось,</v><v>Все ускоряя свой разбег,</v><v>И закружился с ним Мирмег…</v><v>Вокруг завыло, загремело,</v><v>В глазах Мирмега потемнело,</v><v>Невольный страх его объял,</v><v>И он без памяти упал…</v></stanza><stanza><v>Очнулся, глянул — рот разинул:</v><v>Где райский сад, где мир иной?</v><v>Пред ним степную ширь раскинул</v><v>Обыкновенный мир земной.</v><v>На землю чудом возвращенный,</v><v>Как будто заново рожденный,</v><v>Кричал от радости Мирмег.</v><v>Он розы увидал побег,</v><v>Сорвал ее и сжал в ладони —</v><v>Милее райских благовоний</v><v>Был скромной розы аромат!</v><v>Покинувший небесный сад</v><v>Склонил колени и, ликуя,</v><v>Стал землю целовать родную.</v><v>Казалось, пела в нем душа:</v><v>«Жизнь хороша! Жизнь хороша!»</v></stanza><stanza><v>Он миновал леса и горы,</v><v>Одолевал степей просторы,</v><v>Спешил он к дому своему:</v><v>«Я скоро сына обниму</v><v>С моей ханум, с моей отрадой,</v><v>Друзей я встречу и родню,</v><v>Гусей на речку погоню,</v><v>На пастбище отправлю стадо,</v><v>Засею поле, луг скошу,</v><v>К дружку на мельницу схожу…»</v></stanza></poem><subtitle>9</subtitle><poem><stanza><v>Облитый светом, скрытый тьмой,</v><v>Шел жизнелюб Мирмег домой.</v><v>Была дорога далека.</v><v>Он вновь увидел старика,</v><v>Который воду из ковша</v><v>Сливал в ущелье не спеша.</v><v>И что же? Час пришел — оно</v><v>Водою доверху полно,</v><v>И при смерти лежал старик —</v><v>В нем жизни иссякал родник.</v><v>Отвергший сладость райских благ</v><v>Испуганно ускорил шаг,</v><v>Но умирающий с тоской</v><v>Воззвал к его душе людской.</v><v>Сказал: — Не уходи, Миро,</v><v>Ты ныне сотвори добро:</v><v>Насыпь мне горсть земли на грудь</v><v>И с миром продолжай свой путь.—</v><v>Мирмег вернулся, и старик</v><v>Простился с жизнью в тот же миг.</v><v>На грудь отжившему свой век</v><v>Насыпал горсть земли Мирмег,</v><v>Потом, как от волков овца,</v><v>Стремглав бежал от мертвеца.</v></stanza><stanza><v>И путь туда его привел,</v><v>Где хлебный высился увал,</v><v>Где кривоклювый жил орел,</v><v>Что в день по зернышку клевал.</v><v>И что ж? Пришла его пора:</v><v>Исчезла хлебная гора,</v><v>Орел в предсмертном сне поник —</v><v>В нем жизни иссякал родник.</v><v>Отвергший сладость райских благ</v><v>Испуганно ускорил шаг,</v><v>Но умирающий с тоской</v><v>Воззвал к душе его людской.</v><v>Сказал: — Не уходи, Миро,</v><v>Ты ныне сотвори добро:</v><v>Насыпь мне горсть земли на грудь</v><v>И с миром продолжай свой путь.—</v><v>Мирмег вернулся, и орел</v><v>Простился с жизнью, отошел.</v><v>На грудь отжившему свой век</v><v>Насыпал горсть земли Мирмег,</v><v>Потом, как от волков овца,</v><v>Стремглав бежал от мертвеца.</v></stanza><stanza><v>Был путь и долог, и далек,</v><v>И крут, и ровен, и полог,</v><v>Шел по пустыням и лесам,</v><v>Шел по долинам и горам,</v><v>По руслам пересохших рек —</v><v>И все преодолел Мирмег!</v><v>Но вот однажды видит он:</v><v>Стоит у ямы человек</v><v>И плачет, в горе погружен.</v><v>Спросил скиталец: —Что с тобой? —</v><v>А человек ему с мольбой:</v><v>— Я брата хороню, мой друг.</v><v>Могила для него была</v><v>Без мерки вырыта. А вдруг</v><v>Она окажется мала?</v><v>Вы оба роста одного.</v><v>Во имя бога твоего</v><v>Прошу: будь милостив и благ,</v><v>В могилу на минуту ляг;</v><v>Примерим, точно ли она</v><v>Для брата моего годна.</v><v>Мирмег сказал: — Ну что же, смерь!</v><v>И в яму прыгнул наш храбрец.</v><v>Но тут же понял: это Смерть</v><v>Его поймала наконец.</v><v>Бедняга молит: —Отпусти…—</v><v>А Смерть: — Нельзя тебя спасти.</v><v>Как тот старик и тот орел,</v><v>Ты до своей черты дошел,</v><v>А дальше жизни нет тебе —</v><v>Смирись и покорись судьбе!</v><v>— Но жизнь зовет, зовет, маня,</v><v>О, сжалься, вытащи меня!</v><v>Хочу бессмертным быть вовек…</v><v>— Но вечной жизни нет, Мирмег,</v><v>Ее не знает этот свет.</v><v>Где смерти нет, там жизни нет,</v><v>Бессмертие — есть ложь!</v></stanza><stanza><v>— Ты врешь!</v><v>А ты, а разве ты — не ложь?</v><v>Коли всему положен срок,</v><v>Так как же ты живешь и бог?</v><v>Нет, оба вы обман пустой,</v><v>Вы перед жизни красотой</v><v>Бессильны оба…</v></stanza><stanza><v>                                  И едва</v><v>Мирмег сказал свои слова —</v><v>Исчезло все, проснулся он</v><v>В своей постели: то был сон!</v></stanza></poem><image l:href="#7"/></section></section><section><title><p>Джалиле Аджо</p></title><section><image l:href="#8"/><p><sup><sub>ДЖАЛИЛЕ АДЖО (Джалил Шакрович Аджоев) родился в 1909 году в семье крестьянина-бедняка.</sub></sup></p><p><sup><sub>Трудовая деятельность его началась в 1923 году в городе Тбилиси. Работал и одновременно учился в средней школе. С 1931 до 1955 года служил в рядах Советской Армии. Участник Великой Отечественной войны. Награжден боевыми орденами и медалями. Литературной деятельностью начал заниматься в годы войны.</sub></sup></p></section><section><title><p>САМАНД И ХАТУН<a l:href="#n_7" type="note">[7]</a></p></title><poem><stanza><v>Как мне подсказывает совесть</v><v>Не ради красного словца,—</v><v>Друзья, поведаю вам повесть,</v><v>Как разбивал адат<a l:href="#n_8" type="note">[8]</a> сердца.</v></stanza><stanza><v>История многострадальна,</v><v>Но боль тех дней, обида, страх</v><v>Еще живут, как ни печально,</v><v>И до сих пор у нас в горах.</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>В горах, где прятались абре́ки,</v><v>Село стояло — Гозалда́р.</v><v>Цвел виноград,</v><v>Плескались реки,</v><v>Пылали маки, как пожар.</v><v>В усадьбе, возле Арага́ца,</v><v>Жил-поживал богач Хато́,</v><v>И с ним богатством потягаться</v><v>В округе всей не мог никто.</v><v>А у реки,</v><v>В долине дальней,</v><v>Жил кое-как бедняк Кото́,</v><v>Вовек его судьбе печальной</v><v>Не позавидовал никто.</v><v>Бежали дни, менялись луны,</v><v>И, друг от друга в стороне,</v><v>Как тополя, стройны и юны,</v><v>Росли Сама́нд и Хатунэ́.</v><v>И должен пояснить вам сразу</v><v>В начале моего рассказа:</v><v>Бедняк Саманд Был сын Кото;</v><v>Хатун — дочь богача Хато.</v><v>Они случайно повстречались</v><v>У синих скал, где был родник;</v><v>Едва лишь взглядом обменялись,</v><v>И полюбили</v><v>В тот же миг.</v><v>Но был дремучий и суровый</v><v>Адат — закон моей земли,</v><v>И за пять лет они ни слова</v><v>Сказать друг другу не смогли.</v><v>Они прекрасны оба были</v><v>И встречи ждали каждый час;</v><v>Запретно, издали, любили,</v><v>Как любят в жизни только раз.</v><v>И вдруг узнал Саманд несчастный,</v><v>Что, привезя калым родне,</v><v>Старик купец, от пьянства красный,</v><v>Приехал сватать Хатунэ.</v></stanza><stanza><v>Саманд убит был</v><v>Вестью черной,</v><v>И с Хатунэ на тропке горной,</v><v>Навлечь рискуя гнев родни,</v><v>Под вечер</v><v>Встретились они.</v><v>— Саманд, моя любовь и счастье!</v><v> Погас мой полдень голубой:</v><v>Ничто теперь не в нашей власти,</v><v>Он увезет меня с собой!</v><v>— Хатун!</v><v>Отцу калым лишь нужен,</v><v>Что наше счастье для него?!</v><v>Тебе я буду верным мужем,</v><v>И ты не бойся ничего.</v><v>Ну, не печаль, родная, взора,</v><v>Ты в сердце у меня царишь!</v><v>Бежим сегодня ночью в горы,</v><v>Коль любишь так, как говоришь.</v><v>— Люблю!..</v></stanza></poem><image l:href="#9"/><poem><stanza><v>Саманд наш осторожно,</v><v>Пока неведомо родне,</v><v>Подговорил друзей надежных</v><v>И утром выкрал Хатунэ.</v><v>Среди холодных скал зеленых</v><v>При свете блекнущей луны</v><v>Несли сияющих влюбленных</v><v>Породистые скакуны.</v><v>Но в полдень притомились кони,</v><v>И тут усталых беглецов</v><v>Нагнала, как на грех, погоня —</v><v>Пятнадцать дюжих молодцов.</v><v>До темноты</v><v>У речки мелкой</v><v>Не утихала перестрелка…</v><v>Черна, как бурка, пала ночь.</v><v>Погоня ускакала прочь.</v></stanza><stanza><v>Саманд —</v><v>Храбрец на поле брани —</v><v>Был в грудь жестокой пулей ранен</v><v>Когда б не помощь Хатунэ,</v><v>Не удержался б на коне.</v><v>С друзьями наш Саманд простился;</v><v>И в путь неведомый пустился.</v><v>Скакали пять часов подряд</v><v>Во тьме, сквозь горы, наугад.</v><v>Когда же небо поседело,</v><v>Хатун в ущелье разглядела</v><v>Вдали на выступе крутом</v><v>Стоящий одиноко дом.</v><v>Они помедлили вначале</v><v>И в дверь негромко постучали.</v><v>Хозяйка вышла на порог:</v><v>— Салам вам!</v><v>Что с тобой, сынок?</v><v>Ты бледен, слаб, в крови одежда…</v><v>— На вас, хозяйка, вся надежда!</v><v>Он еле держится в седле…</v><v>— Вы — гости. Звать меня — Гуле́.</v><v>Мой дом — ваш дом. Давайте руку.</v><v>Мой хлеб — ваш хлеб,</v><v>Мой двор — ваш двор.</v><v>Должны мы помогать друг другу,</v><v>Как нам велит обычай гор.</v></stanza><stanza><v>Гуле их вкусно накормила,</v><v>Постели пышно постелила.</v><v>Они проспали средь ковров</v><v>И день и ночь, не видя снов.</v><v>За завтраком Хатун: — О горе! —</v><v>Заплакала: — О, горе мне!</v><v>Ведь пять семей,</v><v>Поймите, в ссоре,</v><v>И это по моей вине.</v></stanza><stanza><v>(Тут пояснить, наверно, надо,</v><v>Что в перестрелке над рекой</v><v>Убит был</v><v>Лучший друг Саманда</v><v>И ранен в голову другой.)</v></stanza><stanza><v>— Гуле, да разве я достойна,</v><v>Чтобы меня пускали в дом? —</v><v>А та ответила спокойно:</v><v>— Ты ешь! Поговорим потом.</v><v>Я тоже много горевала,</v><v>И в жизни всякое бывало.</v><v>Мой сын убит, и я вдова,</v><v>Но, видишь, все-таки жива! —</v><v>…Немало дней они гостили</v><v>У доброй женщины — Гуле.</v><v>Ковры ее пушисты были,</v><v>И сытен завтрак на столе.</v><v>Хатун по дому помогала:</v><v>Доила коз,</v><v>Белье стирала</v><v>И для Гуле, хозяйки гор,</v><v>Прекрасный выткала ковер.</v><v>Саманд встал на ноги, но рано:</v><v>Нескоро подживала рана.</v><v>Пил молоко,</v><v>Ел сыр и хлеб —</v><v>Набрался силы и окреп.</v><v>Но срок настал. Они простились</v><v>И снова в дальний путь пустились.</v><v>Решили — дальше от родни —</v><v>Жить в знойной Грузии они.</v></stanza><stanza><v>(Тут я рассказывать не стану,</v><v>Поскольку надобности нет,</v><v>Как в щедрой дали Гурджистана</v><v>Они прожили много лет.</v><v>Скажу лишь,</v><v>Что добра нажили,</v><v>Друг друга преданно любили,</v><v>Но с грустью думали порой</v><v>О стороне своей родной.</v><v>Добавлю, чтоб понятно было:</v><v>Им небо щедро подарило</v><v>Двух стройных сыновей и дочь</v><v>С косою черною как ночь.)</v><v>Года тянулись.</v><v>Дни летели.</v><v>И как-то на закате дня</v><v>Саманд и Хатунэ сидели,</v><v>Скучая молча у огня.</v><v>Хатун вдруг вытерла ресницы:</v><v>— Уж я стара, ты тоже стар!</v><v>Здесь хорошо,</v><v>Но все мне снится</v><v>Село родное — Гозалдар.</v><v>Конь девять раз разбил копыта,</v><v>И дни уходят, как вода,—</v><v>Наверно, все уже забыто,</v><v>Давно закончилась вражда.</v><v>Ты поезжай,</v><v>Саманд мой милый,</v><v>В село родное над рекой,</v><v>Там наших прадедов могилы,</v><v>Там сердце наше, наш покой.</v><v>Ведь через столько лет не мстят,</v><v>Даст бог, нас примут и простят.</v></stanza><stanza><v>Саманд,</v><v>Собравшись понемногу,</v><v>С зарей отправился в дорогу.</v><v>И ровно через девять дней</v><v>Стучался у родных дверей.</v><v>Седа, слепа наполовину,</v><v>Не сразу мать узнала сына,</v><v>Но вскоре добрые глаза</v><v>Омыла радости слеза.</v><v>О да, теперь она узнала!</v><v>Узнала!</v><v>Тихо рассказала,</v><v>Как много-много лет назад</v><v>Погибли и отец, и брат.</v><v>Саманд не произнес ни слова,</v><v>Сидел в углу, у камелька,—</v><v>Лишь брови сдвинулись сурово</v><v>И губы дрогнули слегка.</v><v>Сидел,</v><v>Молчание храня,</v><v>Весь долгий вечер у огня.</v></stanza><stanza><v>Потом пахал,</v><v>Плуг старый правил,</v><v>В хозяйстве помогал как мог,</v><v>Готовил сыр, забор поставил —</v><v>И вдруг нежданно занемог.</v><v>Он заболел болезнью странной:</v><v>Ходил рассеянный; туманный,</v><v>С соседями не говорил,</v><v>И есть не ел, и пить не пил.</v><v>Он вспоминал всю жизнь печально,</v><v>Как вспоминают старики,—</v><v>То встречу,</v><v>Где родник хрустальный,</v><v>То перестрелку у реки,</v><v>То дом в долине Гурджистана,</v><v>Где сыновья его и дочь,—</v><v>И таял, таял тихо, странно,</v><v>Никто не мог ему помочь.</v></stanza><stanza><v>И незадолго до кончины</v><v>Сказал он матери своей:</v><v>— Люби их,</v><v>Как любила сына,—</v><v>Хатун, и дочь, и сыновей.</v><v>Их позови из Гурджистана…</v><v>А я… а я уже не встану.</v><v>Забыл меня, наверно, бог,</v><v>Уже конец мой недалек.</v><v>Дрожу, мне у огня морозно,</v><v>И смерть стучится у двери.</v><v>Ты завтра, мать,</v><v>Пока не поздно,</v><v>Всех родственников собери.</v></stanza><stanza><v>Мать плакала и горевала</v><v>И поутру родню созвала —</v><v>Они заполнили весь дом.</v><v>Саманд заговорил с трудом:</v><v>— Я умираю…</v><v>Вы простите</v><v>Мне все, в чем был я виноват.</v><v>Прошу: детей моих любите</v><v>И ту, на ком я был женат.—</v><v>Он всех обвел тяжелым взглядом,</v><v>Холодный пот утер с лица: —</v><v>Меня похороните рядом</v><v>С могилой моего отца…—</v><v>Горел очаг.</v><v>Дрова трещали.</v><v>Негромко женщины рыдали.</v><v>Саманд опять глаза открыл</v><v>И медленно заговорил:</v><v>— Не надо, женщины, не надо!</v><v>Зачем? Я жив еще пока.</v><v>Лишь над могильною оградой</v><v>Уместны слезы и тоска.</v><v>Все, что со мной стряслось когда-то,</v><v>И гибель друга моего —</v><v>Все от проклятого адата,</v><v>От древней дикости его.</v><v>Прошло у многих счастье мимо —</v><v>У тех, кто пылко мог любить,</v><v>Не мог лишь уплатить калыма,</v><v>Как лошадь,</v><v>Девушку купить.</v><v>А месть? Ее как ветер носит,</v><v>Она — на горе матерей —</v><v>Все новой алой крови просит</v><v>И сторожит нас у дверей.</v><v>Прощайте все!</v><v>Я умираю…</v><v>Мне уготован рай иль ад,</v><v>Но перед богом проклинаю</v><v>Позорный, дикий наш адат.</v><v>Я умираю… Душно… душно…—</v><v>Его последние слова.</v><v>И на измятую подушку</v><v>Упала тихо голова.</v></stanza><stanza><v>Теперь от той судьбы жестокой</v><v>(Пора рассказ закончить мне!)</v><v>Перенесемся в край далекий —</v><v>В дом овдовевшей Хатунэ.</v><v>Она ждала,</v><v>Ждала от мужа</v><v>Хотя б словечка одного:</v><v>«Ну почему же, почему же</v><v>Нет даже вести от него?»</v><v>И Хатунэ сказала детям:</v><v>— Ждать больше не могу. Мы едем!</v><v>Я исстрадалась, истомилась,</v><v>Устала от тревожных снов.</v><v>Боюсь, беды бы не случилось:</v><v>Хватает у отца врагов!</v></stanza><stanza><v>Они зарезали барана,</v><v>Скарб разместили на арбе</v><v>И тронулись — на зорьке рано —</v><v>Навстречу собственной судьбе.</v><v>И сто забот</v><v>Легло на плечи.</v><v>В заботах время быстро шло.</v><v>Предчувствие желанной встречи</v><v>Хатун обманчиво влекло.</v><v>Но все не так,</v><v>Как ей мечталось:</v><v>«Мы будем счастливы, бог дает…»</v><v>И у села ей повстречалась</v><v>Подруга юных лет — Алма́ст.</v></stanza><stanza><v>— Алмаст!</v><v>А ты не изменилась!</v><v>— Как, это ты? О Хатунэ!</v><v>Поверь, любимая, ты снилась</v><v>Не раз за эти годы мне!</v><v>— Как видеть мне тебя отрадно!</v><v>Дай расцелую, обниму!..</v><v>А что Саманд мой ненаглядный?</v><v>Как он?.. Молчишь ты почему?</v></stanza><stanza><v>Подругу нежно обнимая,</v><v>Алмаст застыла, как немая,</v><v>И вырвалось, как плач, как стон:</v><v>— Хатун, любимая, родная,</v><v>Он умер, муж твой,</v><v>Умер он!..</v></stanza><stanza><v>Хатун рыдала на могиле,</v><v>Сознанье потеряв почти.</v><v>Отец и мать не в силах были</v><v>Ее оттуда увести.</v><v>В слезах стояли рядом дети,</v><v>Уйти домой ее моля.</v></stanza><stanza><v>— Зачем, зачем мне жить на свете,</v><v>Коль умерла любовь моя! —</v><v>Над кладбищем висели тучи,</v><v>Вечерняя сгущалась мгла.</v><v>И пред бедою неминучей</v><v>Собрались жители села.</v><v>Хатун любимого звала,</v><v>Рыдала,</v><v>Волосы рвала,</v><v>Могильный камень обнимала,</v><v>Не видя ничего вокруг,</v><v>Увещеваньям не внимала —</v><v>И сердце разорвалось вдруг.</v><v>Так на глазах всего села</v><v>Хатун от горя умерла…</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>И на печальной той могиле</v><v>Нередко люди говорили:</v><v>— Вот так любите, как любили</v><v>Друг друга Ле́йла и Меджну́н,</v><v>Как преданны до смерти были</v><v>Саманд и бедная Хатун!</v><v>Да, их судьба многострадальна,</v><v>Но боль тех дней, обида, страх</v><v>Еще живут, как ни печально,</v><v>И до сих пор у нас в горах…</v></stanza></poem><image l:href="#10"/></section></section><section><title><p>Адое Джанго</p></title><section><image l:href="#11"/><p><sup><sub>АДОЕ ДЖАНГО (Адо Адамович Джангоев) родился в 1910 году в Турции, в семье крестьянина-бедняка. В 1914 году семья Джангоева вместе с другими беженцами переселилась в Россию. Среднее образование Адо Джангоев получил в Тбилиси. В 1928 году был послан в Ленинград на рабфак при Восточном институте. По окончании рабфака продолжил учебу в Ленинградском институте философии, литературы и истории. Институт закончил в 1936 году, после чего ряд лет занимался педагогической и научной деятельностью.</sub></sup></p><p><sup><sub>А. Джангоев — участник Великой Отечественной войны. Первое его стихотворение «Алагёз» было опубликовано в 1936 году. В дальнейшем его стихи печатались в различных журналах и сборниках.</sub></sup></p></section><section><title><p>ЗЛАТОКУДРАЯ ХАДЖЕ И СИАБАНД СЛИВИЙСКИЙ<a l:href="#n_9" type="note">[9]</a></p></title><subtitle><emphasis>(По мотивам курдской народной поэмы)</emphasis></subtitle><poem><stanza><v>Где до звезд подать рукою,</v><v>Где гроза Гремит в набат,</v><v>Жил в селенье над рекою</v><v>Славный малый — Сиаба́нд.</v><v>Хоть и беден был, да честен;</v><v>Хоть и молод, да силен.</v><v>Целый день</v><v>С другими вместе</v><v>До зари трудился он.</v></stanza><stanza><v>Как-то раз —</v><v>Был вечер светел,</v><v>Месяц выглянул уже —</v><v>У ручья</v><v>Герой наш встретил</v><v>Златокудрую Хадже́.</v><v>У горянки косы вились</v><v>Небывалой красоты,</v><v>И в глазах ее светились</v><v>Две небесные звезды.</v><v>Шла она легко, упруго</v><v>По тропинке, напрямик…</v><v>Посмотрели друг на друга</v><v>И влюбились в тот же миг.</v><v>По адату,</v><v>Как известно,</v><v>По обычаям былым</v><v>Перед свадьбой за невесту</v><v>Надо выплатить калым.</v><v>А богатство Сиабанда —</v><v>Старый плуг</v><v>Да две руки.</v><v>Что ж ему поделать? Надо</v><v>Наниматься в батраки.</v><v>Он старался, малый бедный,—</v><v>В чабанах ходил семь лет.</v><v>По одной монетке медной</v><v>Накопил мешок монет.</v><v>Так трудиться б</v><v>Смог не каждый:</v><v>Меньше спать, поменьше есть…</v><v>Но услышал он однажды</v><v>Очень горестную весть:</v><v>Сын владыки полумира,</v><v>Сын великого эмира,</v><v>Будто сватает уже</v><v>Златокудрую Хадже.</v><v>Хоть она и не согласна,</v><v>Только всем, однако, ясно —</v><v>Через семь недолгих дней</v><v>Свадьбу он сыграет с ней.</v></stanza><stanza><v>Сердце гневом закипело,</v><v>И, судьбу свою кляня,</v><v>Оседлал джигит умело</v><v>Быстроногого коня.</v><v>По горам,</v><v>Дождем омытым,</v><v>Время гонит молодца.</v><v>Смолкли звонкие копыта</v><v>У эмирского дворца.</v><v>Двор широк.</v><v>Людей немало.</v><v>И, наряжена уже,</v><v>Под парчовым покрывалом</v><v>На ковре сидит Хадже.</v><v>В жемчугах,</v><v>В сапожках складных.</v><v>Златотканое шитье…</v><v>Стайка девушек нарядных</v><v>Танцем ходит вкруг нее.</v><v>Барабаны громогласны,</v><v>Надрывается зурна…</v></stanza><stanza><v>«Ну, а вдруг Хадже согласна,</v><v>Золотом ослеплена?!»</v><v>И при этой</v><v>Мысли страшной</v><v>Побледнел джигит как мел,</v><v>Пред народом, перед стражей</v><v>Песню громкую запел:</v></stanza><stanza><v>— Эй, красавицы!</v><v>Эй, девицы!</v><v>Боль и скорбь в моей душе.</v><v>Я могу ль еще надеяться</v><v>На любовь моей Хадже?</v><v>Если дорог ей по-прежнему,</v><v>Если пламень не погас,</v><v>Пусть она мне руку нежную</v><v>На виду у всех подаст.</v><v>В те края,</v><v>Где птицы вольные,</v><v>Где горит зари огонь,—</v><v>В наши горы хлебосольные</v><v>Нас умчит буланый конь.</v><v>Увезу с собою милую</v><v>В поднебесное житье</v><v>Не украдкою,</v><v>Не силою —</v><v>Лишь с согласия ее!</v></stanza><stanza><v>Златокудрая невеста,</v><v>Веря сердцу своему,</v><v>Вся в слезах</v><v>Вспорхнула с места</v><v>И — в объятия к нему:</v><v>— Как же мог ты усомниться!</v><v>Одного тебя ждала!</v><v>Есть пословица: орлице</v><v>Надо жить в гнезде орла.—</v><v>Слуги,</v><v>Стражи набежали,</v><v>Крик летел во все концы.</v><v>Но, как сон, вдали пропали,</v><v>Скрылись наши беглецы.</v><v>Сын эмира,</v><v>Чуть не плача,</v><v>В страшном гневе приказал,</v><v>Чтоб погоня без удачи</v><v>Не являлась на глаза.</v></stanza><stanza><v>Здесь обязан рассказать я:</v><v>У Хадже в краях родных</v><v>Было семь отважных братьев,</v><v>Семь джигитов удалых.</v></stanza><stanza><v>При дворце они служили…</v><v>Тут, однако, порешили:</v><v>«Защитим сестру свою</v><v>От эмирских козней или —</v><v>Сложим головы в бою.</v><v>Пусть изъездим мы полмира,</v><v>Будем биться до конца,</v><v>Но спасем</v><v>От слуг эмира</v><v>Сиабанда молодца!»</v></stanza><stanza><v>…А эмирские дозоры</v><v>Зря старались между тем,—</v><v>Обыскав леса и горы,</v><v>Возвратилися ни с чем.</v><v>Где ж они,</v><v>Герои наши?</v><v>От погони лютой прочь</v><v>Через реки, через пашни</v><v>Нес их конь и день и ночь.</v><v>День и ночь они спешили</v><v>И, скрываясь до поры,</v><v>Оказались на вершине</v><v>Голубой Сипан-горы.</v><v>Сиабанд сказал устало:</v><v>— Ты, Хадже,</v><v>Прости меня,</v><v>Я часок посплю, пожалуй:</v><v>Не сходил с коня три дня.</v></stanza><stanza><v>Месяц в небе</v><v>Плыл лучистый,</v><v>Ветерок прохладный дул,</v><v>Сиабанд в траве душистой</v><v>Богатырским сном уснул.</v><v>А Хадже сидела робко,</v><v>Вся во власти дум своих,</v><v>И завидела на тропке</v><v>Семь оленей молодых.</v><v>Шли они в туманах белых,</v><v>Высоко неся рога…</v><v>«Где ж мои</v><v>Семь братьев смелых?</v><v>Как судьба ко мне строга!</v><v>Впрочем, что ж,</v><v>Наверно, служат</v><v>Всё эмиру своему</v><v>И по горным кручам кружат,</v><v>Чтоб вернуть меня к нему».</v></stanza><stanza><v>В этот миг</v><v>Герой усталый</v><v>Потому открыл глаза,</v><v>Что на лоб ему упала</v><v>С неба девичья слеза.</v><v>«Это дождь», — решил вначале,</v><v>Но, узнав причину слез:</v><v>— Кто Хадже мою печалит,</v><v>Тот погибнет, — произнес.</v><v>Приподнялся на колени,</v><v>Гибкий лук</v><v>Схватил с седла —</v><v>И в ближайшего оленя</v><v>Впилась звонкая стрела.</v><v>Витязь наш,</v><v>В удачу веря,</v><v>Лихо выхватил кинжал:</v><v>«Подарю ей сердце зверя»,—</v><v>И к оленю подбежал.</v><v>Гравий скользок под ногами…</v><v>И, собрав остаток сил,</v><v>Зверь могучими рогами</v><v>Насмерть витязя пронзил.</v></stanza></poem><image l:href="#12"/><poem><stanza><v>— Горе мне! —</v><v>Хадже вскричала.—</v><v>Где же, бог, моя звезда?!</v><v>Только счастье повстречала</v><v>И теряю навсегда!</v><v>И увидела в смятенье,</v><v>Как поодаль, за холмом,</v><v>Показались чьи-то тени…</v><v>Братья! Семеро. Верхом.</v></stanza><stanza><v>— Не отдамся братьям в руки!</v><v>Пусть они</v><v>Запомнят впредь:</v><v>Жизнь с эмирским сыном — муки,</v><v>Счастье — с милым умереть.</v><v>За тобой иду я, милый,</v><v>Я навек тебе жена!..—</v><v>И в слезах, собравшись с силой,</v><v>В пропасть кинулась она.</v></stanza><stanza><v>Долго братья горевали</v><v>И под сенью скал седых</v><v>На высоком перевале</v><v>Схоронили молодых.</v></stanza><stanza><v>Люди многое забыли —</v><v>Дни слагаются в века,</v><v>Но весной на той могиле</v><v>Расцветают два цветка.</v><v>И в сказаниях об этом</v><v>Вспоминают старики,</v><v>И о той любви поэты</v><v>Пишут грустные стихи.</v></stanza></poem><image l:href="#13"/></section></section><section><title><p>Азизе Иско</p></title><section><image l:href="#14"/><p><sup><sub>АЗИЗЕ ИСКО (Азис Искоевич Слоев) родился в 1927 году в Тбилиси, в семье рабочего. Среднее образование получил в Тбилиси. В 1959 году А. Слоев заочно окончил Тбилисский педагогический институт имени Пушкина и начал работать педагогом в тбилисском Дворце пионеров и школьников. В настоящее время занят педагогической деятельностью. Азис Слоев является депутатом Ленинского районного Совета города Тбилиси.</sub></sup></p><p><sup><sub>В 1966 году вышла его первая книга стихов «Моя песня» на курдском языке.</sub></sup></p></section><section><title><p>ЧЕЛКАЗИ<a l:href="#n_10" type="note">[10]</a></p></title><subtitle>1</subtitle><poem><stanza><v>На золотом — в рубинах — троне</v><v>Царил владыка и кумир:</v><v>Семь стран слилось в его короне</v><v>И слава облетела мир.</v><v>Безжалостен,</v><v>Как сталь кинжала,</v><v>Он был тираном всей страны —</v><v>Здесь все ему принадлежало,</v><v>Все, кроме солнца и луны.</v><v>Здесь на пирах в бокалы лились</v><v>Шербет и мед — как две реки,</v><v>Столы от пряностей ломились,</v><v>От вин пьянели бурдюки.</v><v>Народы гнет и кнут терпели,</v><v>Певцы ж тирану славу пели;</v><v>Несчетно резал главный жрец</v><v>Оленей, туров и овец.</v><v>А на окраине округи,</v><v>Одними лишь детьми богат,</v><v>Жил-был чабан в своей лачуге —</v><v>В шатре, стоцветном от заплат.</v><v>Худой, босой,</v><v>В халате драном,</v><v>Лишь ветер бродит по карманам,—</v><v>Он день и ночь работать рад,</v><v>Чтоб только прокормить ребят.</v><v>Не раз держал совет с женою:</v><v>— Как дальше жить?</v><v>Как быть с семьею?..</v><v>Да, надо сына — что ж гадать! —</v><v>Слугою во дворец отдать.—</v><v>Вот наконец</v><v>Чабан решился</v><v>И на заре к царю явился.</v><v>(Усу́бом звался старший сын,</v><v>Он был неписаной красы.)</v><v>И в тронный зал ввела их стража.</v><v>Надменный царь не глянул даже:</v><v>— Как ты посмел, такой-сякой,</v><v>Нарушить царский мой покой?!</v><v>— Прости и гневайся не очень!</v><v>Мне прокормить семью нет мочи…</v><v>Ты наш владыка и пророк,</v><v>Пусть триста лет тебе даст бог!</v><v>В семье моей разор, недуги…</v><v>Возьми, владыка, сына в слуги —</v><v>Он будет преданным рабом —</v><v>И поддержи мой нищий дом.—</v><v>Усуба царь измерил взглядом</v><v>И горсть монет</v><v>Швырнул в награду.</v><v>К царевичу Усуб младой</v><v>Тотчас приставлен был слугой.</v><v>…Шли дни. Менялось все на свете.</v><v>Мужали незаметно дети.</v><v>Царевич рос лукав и хил,</v><v>Усуб могуч и ловок был.</v></stanza></poem><subtitle>2</subtitle><poem><stanza><v>Любили юношу в народе</v><v>За ум, за правду все сильней,</v><v>Стал уважать Усуба вроде</v><v>Сам всемогущий царь царей.</v><v>Усуб за бедных заступался</v><v>И от несчастья многих спас,</v><v>За что темницею карался</v><v>Не раз, не два, а много раз.</v><v>…Однажды как-то</v><v>В дочь вельможи</v><v>Кузнец влюбился молодой.</v><v>Вельможа в гневе был.</v><v>И что же —</v><v>Прибег он к хитрости простой:</v><v>— Питают многие надежды,</v><v>Но станет зятем только тот,</v><v>Кто на морозе, без одежды,</v><v>Всю ночь пробудет напролет.—</v><v>Кузнец был человек заметный,</v><v>И этот сговор неспроста</v><v>Был подтвержден</v><v>Печатью медной,</v><v>И судьи заняли места.</v><v>В степи мороз стоял в ту пору,</v><v>От часа к часу он крепчал.</v><v>Кузнец, согласно уговора,</v><v>Всю ночь зубами простучал.</v><v>Наутро взбешенный вельможа</v><v>Пристрастный учинил допрос:</v><v>— Как так не умер ты от дрожи</v><v>И лютый холод перенес?!</v><v>— А я любовью согревался,</v><v>Хоть ветер лютый на дворе,</v><v>И, замерзая, любовался</v><v>Костром, горящим на горе.</v><v>— Ага! — Вельможа рад придраться. —</v><v>Он нас надул! Каков наглец!</v><v>Эй, люди, надо разобраться:</v><v>Он грелся у костра, кузнец! —</v><v>С решеньем судьи поспешили,</v><v>Единогласно порешили:</v><v>«Обманом выиграл кузнец,</v><v>И не пойдет он под венец».</v><v>Кузнец обиженный — к Усубу.</v><v>А тот:</v><v>— Шельмуют судьи грубо!</v><v>Но потерпи, и в свой черед</v><v>Над кривдой правда верх возьмет.</v><v>…Однажды</v><v>Ехал царь с охоты,</v><v>Его печалили заботы;</v><v>Удача обошла его:</v><v>Ни лис, ни туров — ничего.</v><v>Окрестность лаем оглашала</v><v>Большая свора гончих псов,</v><v>Поодаль свита поспешала</v><v>И сотня дюжих молодцов.</v><v>С утра в седле без передышки —</v><v>Все люди выбились из сил.</v><v>Усуб их ждал в лесном домишке</v><v>И на жаркое пригласил.</v><v>Усуб готовил не по книгам:</v><v>Кинжал брусочком наточил,</v><v>Разделал тушу лани мигом,</v><v>Добавил соли, поперчил,</v><v>Корицу всыпал, лук зеленый,</v><v>Залил лесной водой студеной,</v><v>Занес на крышу чан — и вот</v><v>Воздвиг его на дымоход.</v><v>А в доме, чтоб огонь не чах,</v><v>Охапку бросил дров в очаг.</v><v>Царь ждет…</v><v>Проходит час и два,</v><v>А мясо теплое едва.</v><v>Царь в нетерпенье:</v><v>— Что ж такое!</v><v>Да где, Усуб, твое жаркое?!</v><v>Я целый день не ел, не пил,</v><v>Ты что же, про меня забыл?!</v><v>— О властелин! — при всем народе</v><v>Сказал Усуб. — Взгляни, вон там</v><v>Чан греется на дымоходе.</v><v>Поспеет мясо — я подам.—</v><v>Царь рассердился:</v><v>— Что за шутки!</v><v>Давно ли глупым стал таким?</v><v>Лишь тот, кто не в своем рассудке,</v><v>На крышу ставит чан с жарким.</v><v>И слыхано ль такое дело —</v><v>Смотри, несдобровать тебе,—</v><v>Чтоб пламя в очаге горело,</v><v>А мясо стыло на трубе!</v><v>— А слыхано ли, царь, — доныне</v><v>Такого не было вовек! —</v><v>Чтоб от костра в горах —</v><v>В долине,</v><v>Вдали согрелся человек?! —</v><v>Вельможа сник, притихли гости,</v><v>Лишь ворон каркал на суку…</v><v>Царь прикусил</v><v>Губу от злости</v><v>И грозно глянул на слугу.</v><v>Он наказать Усуба рад бы,</v><v>Но видит — не уйти от правды,</v><v>И, в гневе побелев как мел,</v><v>Устроить свадьбу повелел.</v></stanza></poem><subtitle>3</subtitle><poem><stanza><v>На площадь у ворот старинных</v><v>Сошелся люд со всех сторон.</v><v>Под златотканым балдахином</v><v>Стоит в рубинах царский трон.</v><v>По чину занимая ложи,</v><v>Сверкают перстнями вельможи,</v><v>В сторонке —</v><v>В арках, у ворот —</v><v>Толпится и шумит народ.</v><v>Борцы по пояс обнажились,</v><v>Являя силу, красоту,</v><v>И, как всегда, бойцы разбились</v><v>На богачей и бедноту.</v><v>Вот из рядов вельмож один</v><v>Чванливый вышел исполин:</v><v>Как грабли руки,</v><v>Грудь крепка,</v><v>И шея, словно у быка.</v><v>Кто с ним осмелится сравниться?</v><v>Ну кто, скажите, наконец?</v><v>И вышел с богачом сразиться</v><v>Зода́, известный нам кузнец.</v><v>Два исполина, два титана,</v><v>Два загорелых великана</v><v>На голубом ковре сошлись;</v><v>Как корни,</v><v>Руки их сплелись.</v><v>Они друг друга гнули грозно,</v><v>И в напряженной тишине</v><v>Кузнец вдруг ахнул,</v><v>Взвился в воздух</v><v>И оказался на спине.</v><v>Борец от знати —</v><v>Мощный, хваткий…</v><v>Смеялись богачи: «Ха, ха!»,</v><v>Когда он бросил на лопатки</v><v>И гончара, и пастуха.</v><v>Но вот пред знатью, бедняками,</v><v>Улыбку затаив у губ,</v><v>Играя мощно кулаками,</v><v>Вперед шагнул храбрец Усуб.</v><v>Схватился с богачом не в шутку —</v><v>Под небо поднял на минутку,</v><v>Потряс, входя в бойцовский раж,</v><v>И шлепнул оземь, как лаваш<a l:href="#n_11" type="note">[11]</a>.</v><v>Народ кричит.</v><v>Царь словно замер.</v><v>На бой выходит сын судьи,</v><v>Вращая мутными глазами</v><v>И плечи выпятив свои.</v><v>Но миг — и пал он на лопатки,</v><v>Лишь ноги кверху, как рогатки.</v><v>Все — пекарь, знахарь, лесоруб —</v><v>Кричат: — Да славится Усуб!..</v><v>Слабы они в коленках оба!..—</v><v>В роскошных ложах</v><v>Плещет злоба.</v><v>Царь не стерпел и сгоряча</v><v>На площадь вызвал палача.</v><v>Но на ухо визирь: — Меж нами,</v><v>Зачем, о царь,</v><v>Лить масло в пламя!</v><v>Ты пореши наоборот,</v><v>Пускай утешится народ.</v><v>Всё в наших силах!</v><v>Может статься,</v><v>Найдем причины расквитаться.</v><v>Покуда с казнью подожди,</v><v>Покуда щедро награди.—</v><v>Владыка заскрипел зубами:</v><v>— Считаться с подлыми рабами!..</v><v>Но спорить с визирем не стал,</v><v>Перстом глашатая позвал.</v><v>Глашатай,</v><v>Высясь над толпою,</v><v>Трехкратно восхвалил героя</v><v>И наградил его притом</v><v>Мечом дамасским и щитом.</v><v>Сам царь борца поздравил даже,</v><v>Но во дворце сказал:</v><v>— Эй, стража!</v><v>Усуба в цепи заковать</v><v>И в пятницу четвертовать.</v></stanza></poem><image l:href="#15"/><subtitle>4</subtitle><poem><stanza><v>Гостил в те дни</v><v>У знати местной</v><v>Заезжий звездочет известный.</v><v>Он рассказал царю царей</v><v>О Челкази́, красе Востока,</v><v>Прекрасной деве луноокой,</v><v>Сестре семи богатырей:</v><v>— Ах, как умна!</v><v>А как играет!</v><v>А голос звонкий, как родник!</v><v>Всех лунным взором покоряет</v><v>И станом гибким, как тростник.</v><v>И по плечам ее вразброс</v><v>Струятся сорок черных кос. —</v><v>Царевич в тот же миг влюбился.</v><v>(Поспешны юные сердца!)</v><v>Он день и ночь грустил, томился</v><v>И стал упрашивать отца</v><v>Пустить в дорогу,</v><v>В край далекий,</v><v>Чтоб там красавицу найти,</v><v>Похитить сердце луноокой,</v><v>Домой невесту привезти.</v><v>Царь призадумался немного.</v><v>А хитрый визирь</v><v>Тут как тут:</v><v>— Благослови его в дорогу,</v><v>Не будь с любимым чадом крут.</v><v>Вернется поздно или рано…</v><v>Но вот в пути нужна охрана.</v><v>Из всех вельмож, мой господин,</v><v>Здесь не подходит ни один,</v><v>Никто с Усубом не сравнится!..—</v><v>Слуга бежит за ним в темницу.</v><v>И он явился, как заря,</v><v>Пред очи грозного царя.</v><v>Царь на диване развалился:</v><v>— Считай, что вновь</v><v>На свет родился!</v><v>Когда ж, разбойник и шельмец,</v><v>Ты поумнеешь наконец?</v><v>Скажи царевичу спасибо:</v><v>Хоть голова твоя красива,</v><v>Но тело наглое твое</v><v>Лишилось вскоре бы ее.</v><v>С зарей поедешь в край далекий,</v><v>Храни царевича в дороге!</v><v>Смотри: хоть волос упадет —</v><v>Луна твоей семьи зайдет.</v><v>Сражайся с недругом жестоко</v><v>И, хоть полмира обойди,</v><v>Но Челкази,</v><v>Красу Востока,</v><v>В краю неведомом найди.</v><v>Забуду все и награжу.</v><v>Я слово царское сдержу!</v></stanza></poem><subtitle>5</subtitle><poem><stanza><v>То лес загадочный, дремучий,</v><v>То кручи — на горе гора,</v><v>То солнце жжет,</v><v>То мчатся тучи</v><v>И ливень льет как из ведра.</v><v>Уже семь дней в дороге двое.</v><v>Несутся скакуны, пыля.</v><v>…Вдруг скрылось</v><v>Небо голубое</v><v>И гулко дрогнула земля.</v><v>Летят каменья на тропинки,</v><v>Деревья гнутся, как былинки.</v><v>Из-за горы возник циклоп:</v><v>Горящий глаз,</v><v>Чугунный лоб.</v><v>Царевич языка лишился,</v><v>Когда циклоп над ним склонился,</v><v>Скалу рукою раскачал</v><v>И громче грома закричал:</v><v>— Ха-ха! Отменная удача!</v><v>Запахло мясом, не иначе.</v><v>Два молодца и два коня —</v><v>Отличный завтрак у меня! —</v><v>Усуб бесстрашно улыбался:</v><v>— А ты не слишком размечтался?</v><v>Презренный пес,</v><v>Хоть ты и дюж,</v><v>Но туп, как дуб, и неуклюж.</v><v>Ну что ж,</v><v>Скрестились наши тропы… —</v><v>Стрела на тетиву легла,</v><v>И в глаз единственный циклопа</v><v>Впилась каленая стрела.</v><v>Рожденный храбрецом недаром,</v><v>Усуб схватил дамасский меч</v><v>И, подскакав, одним ударом</v><v>Снес голову с аршинных плеч.</v><v>Тогда рванулся оголтело</v><v>Царевич наш,</v><v>Придя в себя,—</v><v>С мечом накинулся на тело,</v><v>На части мелкие рубя.</v><v>Топтал конем, дрожа пугливо,</v><v>Унять не в силах эту дрожь,</v><v>Но приговаривал хвастливо:</v><v>— Со мной, Усуб, не пропадешь!</v></stanza></poem><subtitle><strong>6</strong></subtitle><poem><stanza><v>У моря, небо подпирая,</v><v>Стоял могучий, старый дуб.</v><v>Вблизи сидели, отдыхая,</v><v>Царевич и герой Усуб.</v><v>Над головой,</v><v>Где ветки вились,</v><v>На невозможной высоте</v><v>Птенцы беспечные резвились</v><v>В огромном, словно дом, гнезде.</v><v>Вдруг засверкали стрелы молний,</v><v>Ударил гром со всех сторон,</v><v>Вскипели,</v><v>Расступились волны</v><v>И выполз на берег дракон.</v><v>Он, извиваясь на ходу,</v><v>Скользнул по дереву к гнезду.</v><v>Скрипел и гнулся дуб могучий,</v><v>Птенцы затихли, сбились кучей.</v><v>Усуб взмахнул</v><v>Мечом до звезд</v><v>И отрубил дракону хвост.</v><v>Дракон взревел, свалился с дуба —</v><v>Как куль с песком, о землю шмяк! —</v><v>И обхватил кольцом Усуба…</v><v>Тот мускулы свои напряг,</v><v>Рванулся, но не тут то было:</v><v>Его чудовище скрутило,</v><v>По горло утонул в витках</v><v>И меч не удержал в руках.</v><v>Герой наш</v><v>Зубы сжал до стона:</v><v>— Где ты, царевич? Нападай!</v><v>Мужчиной будь! Руби дракона</v><v>Или хотя бы меч подай! —</v><v>Царевич — как окаменелый:</v><v>Глаза навыкате, весь белый,</v><v>От самой головы до пят</v><v>Смертельным ужасом объят.</v><v>Зубастый, страшный зев раскрылся…</v><v>Усуб от смерти близок был,</v><v>Однако как-то изловчился,</v><v>За горло чудище схватил,</v><v>Сдавил его</v><v>Что было силы…</v><v>Пощады чудище просило,</v><v>Но, дотянувшись до меча,</v><v>Усуб рассек врага сплеча.</v><v>И тут, с улыбкой лицемерной,</v><v>Царевич, стоя в стороне,</v><v>Воскликнул:</v><v>— Эй, слуга мой верный!</v><v>Ты звал иль показалось мне? —</v><v>Герой наш не успел ответить,</v><v>Как сделалось темно на свете,</v><v>Ударил ветер по ногам,</v><v>Как будто грянул ураган,</v><v>И, описав над морем круг,</v><v>Упала с неба птица Рух.</v><v>(Глаза сверкают,</v><v>Как зарницы,</v><v>Рождают бурю крылья птицы,</v><v>Скалой гранитной — голова,</v><v>И когти крепче, чем у льва.)</v><v>И бросилась к Усубу прямо,</v><v>Но за него птенцы горой:</v><v>— Стой, мама!</v><v>Ты ошиблась, мама!</v><v>Он наш спаситель, он герой,</v><v>Сражался он, как тигр, с драконом</v><v>И победил. Не то — беда…—</v><v>И птица грозная с поклоном</v><v>Сказала витязю тогда:</v><v>— Прими мою навеки дружбу!</v><v>Исполню все,</v><v>Что только нужно,</v><v>Все, что желаешь, попроси…</v><v>— Ищу я, птица, Челкази,</v><v>Ту, у которой сорок кос</v><v>Стекают по плечам вразброс.—</v><v>И птица Рух сказала: — Чу́дно!</v><v>Исполнить это мне не трудно,</v><v>Лишь прикажи мне: отвези</v><v>В страну прекрасной Челкази! —</v><v>В кустах царевич наш скрывался,</v><v>Но мигом на крыло забрался,</v><v>Кричит слуге:</v><v>— Не будь же глуп,</v><v>Давай садись и ты, Усуб! —</v><v>Усуб насмешливо ответил:</v><v>— Немало храбрецов на свете!</v><v>Сегодня ж подвигов твоих,</v><v>Царевич, хватит на троих.—</v><v>…Вот, споря с синими ветрами,</v><v>Над жарким морем, над горами</v><v>Летит стрелою птица Рух,</v><v>Так, что захватывает дух.</v><v>Семь лун в дороге обогнала,</v><v>Семь стран заморских миновала</v><v>И села посреди полей</v><v>В стране семи богатырей.</v><v>— Мое перо,—</v><v>Сказала птица,—</v><v>Возьми с собою, пригодится.</v><v>Да будет жизнь твоя легка! —</v><v>И унеслась за облака.</v></stanza></poem><subtitle>7</subtitle><poem><stanza><v>О Челкази, газель лесная!</v><v>Как мрамор, лик,</v><v>Небесный взор…</v><v>Подобной красоты не знали</v><v>Нигде на свете до сих пор!</v><v>Она сердца героев ранит;</v><v>Ее завидев, роза вянет,</v><v>И принимают соловьи</v><v>Ее напевы за свои.</v><v>…Сидит царевна одиноко,</v><v>Шьет жемчугами полотно…</v><v>Кто там приехал издалёка?</v><v>Взгляни, красавица, в окно.</v><v>Царевич и Усуб отважный</v><v>Явились от царя царей —</v><v>Был окружен почетом каждый</v><v>В стране семи богатырей.</v><v>Столы просторные накрыли,</v><v>Шербет душистый в чаши лили,</v><v>Подали вина всех сортов,</v><v>Сыры, шашлык</v><v>И жирный плов.</v><v>Семь дней и семь ночей на диво</v><v>Был щедр и весел курдский стол!</v><v>Тогда-то наш Усуб учтиво,</v><v>Неспешно к делу перешел:</v><v>— Як вам с высоким порученьем,</v><v>И, как царевича слуга,</v><v>Привез царевне украшенья —</v><v>Сапфиры, кольца, жемчуга.</v><v>Наш царь — владыка полумира,</v><v>Подвластен богу одному,</v><v>Султаны, шахи и эмиры —</v><v>Все подчиняются ему.</v><v>Наслышан он о вашей силе,</v><v>Вас хвалят все,</v><v>Где ни спроси.</v><v>Царевича ж давно пленили</v><v>Глаза прекрасной Челкази.</v><v>Как сват, хочу решенье знать я:</v><v>Прошу у вас руки сестры…—</v><v>Переглянулись молча братья,</v><v>Глаза лукавы и остры.</v><v>— Любовь одно лишь время судит,</v><v>Поднялся самый старший брат,—</v><v>Что порешим мы,</v><v>То и будет!</v><v>А как в народе говорят:</v><v>Любая девушка — невеста,</v><v>На вороном коне она;</v><v>Конь рад скакать, да неизвестно,</v><v>Кому в супруги суждена.</v><v>— Мы можем так договориться,—</v><v>Сказал, подумав, средний брат.—</v><v>Калым — морская кобылица</v><v>И сорок резвых жеребят.—</v><v>…И состоялось обрученье!</v><v>Весь город,</v><v>Все без исключенья</v><v>Желали молодым добра</v><v>И веселились до утра.</v><v>Бесплатно чайханы́ открылись,</v><v>И сладко звуки са́зов лились,</v><v>Народ ел мясо и пшено</v><v>И дармовое пил вино.</v></stanza></poem><subtitle><strong>8</strong></subtitle><poem><stanza><v>Наутро был царевич краток:</v><v>— Я болен с головы до пяток!</v><v>Ты — мой слуга, я — господин.</v><v>Давай-ка поезжай один.</v><v>Обещанный за Челкази</v><v>Калым найди и привези! —</v><v>…Семь дней</v><v>И семь ночей в дороге —</v><v>Усуб устал, изранил ноги</v><v>К под вечер у синих скал</v><v>Чудно́го старца повстречал:</v><v>С роскошной белой бородой</v><v>И ликом ясен, как святой.</v><v>Не старец, а земное диво!</v><v>Усуб раскланялся учтиво</v><v>И, пожелавши долгих лет,</v><v>Открыл святому свой секрет.</v><v>Промолвил старец:</v><v>— Это сложно!</v><v>Поймать ее, однако, можно.</v><v>Достань вина семь бурдюков</v><v>И серой шерсти семь мешков.</v><v>Вдоль моря поезжай на север —</v><v>Там есть два мраморных бассейна;</v><v>Один из них</v><v>Всегда пустой,</v><v>Другой с водою ключевой.</v><v>Начни, не мешкая, с пустого,</v><v>Налей туда вина хмельного,</v><v>А в тот, что полон до краев,</v><v>Всыпь серой шерсти</v><v>Семь мешков.</v><v>И ровно в полдень кобылица</v><v>И сорок резвых жеребят</v><v>Из моря выйдут, чтоб напиться,</v><v>Но с шерстью пить не захотят.</v><v>Когда ж морская кобылица</v><v>Вина осмелится напиться,</v><v>Тут не зевай —</v><v>Вскочи верхом</v><v>И трижды бей ее кнутом.</v><v>Держись на ней,</v><v>Пусть чертом носит,</v><v>Хлещи и спуску не давай…</v><v>И победишь! Но если сбросит,</v><v>Тогда уж на себя пеняй! —</v><v>…Усуб в ауле, за рекою,</v><v>Шерсть закупил, вино хмельное</v><v>И все советы мудреца</v><v>Исполнил в срок и до конца.</v><v>Вот жеребята с кобылицей</v><v>Из моря вышли порезвиться,</v><v>И кобылица от вина</v><v>Изрядно сделалась пьяна.</v><v>А наш герой, как говорится,</v><v>Не зря рожден был пастухом,—</v><v>Догнав морскую кобылицу,</v><v>Он на нее вскочил верхом.</v><v>Она заржала и рванулась</v><v>И словно птицей обернулась</v><v>И, обгоняя облака,</v><v>Взнесла под звезды седока.</v><v>Так час и два она бесилась,</v><v>По рощам,</v><v>По горам носилась,</v><v>Но был Усуб наш молодец —</v><v>Она смирилась наконец.</v><v>Покорная у моря встала,</v><v>Покорно жеребят призвала.</v><v>Усуб их напоил водой</v><v>И с ними тронулся домой.</v></stanza></poem><subtitle>9</subtitle><poem><stanza><v>Как Челкази добра, радушна!</v><v>Скучать минутки не дает:</v><v>Несет шербет,</v><v>Коль гостю душно,</v><v>И для царевича поет.</v><v>Гостеприимно показала</v><v>Ему дворец свой:</v><v>Башни, залы.</v><v>И, чтоб взглянуть на белый свет,</v><v>Они взошли на минарет.</v><v>Царевич осмотрел в подвале</v><v>Щиты, мечи булатной стали…</v><v>Не отворила лишь она</v><v>Ту дверь, что так мрачна, черна.</v><v>В саду фонтаны звонко пели.</v><v>Царевич с Челкази присели.</v><v>Был жаркий день, и неспроста</v><v>Пришла к царевне дремота.</v><v>Царевич гладил косы тайно,</v><v>Любуясь юной красотой,</v><v>И в волосах узрел случайно</v><v>Блестящий ключик золотой.</v><v>«Узнаю наконец теперь я,</v><v>Что скрыто там,</v><v>За черной дверью».</v><v>Заветный ключик тихо взял</v><v>И с ним направился в подвал.</v><v>Поспешно ключик вставил в щелку,</v><v>Замок пудовый</v><v>Трижды щелкнул.</v><v>Ступил царевич на порог</v><v>И дрожи удержать не мог.</v><v>В том мрачном,</v><v>Отсыревшем склепе</v><v>Стоял чугунный чан с водой,</v><v>В углу лежал, закован в цепи,</v><v>Ужасный карлик с бородой.</v><v>Глаза навыкат, нос горбатый,</v><v>Два зуба, словно два клыка,</v><v>С кривыми ножками, пузатый,</v><v>А ростом только три вершка.</v><v>— За что, скажи мне, карлик бедный,</v><v>Тебя упрятали в подвал</v><v>И кто тяжелой цепью медной</v><v>Тебя жестоко приковал?</v><v>— Наверное, вы удивитесь,</v><v>Но это мой дворец, о витязь!</v><v>Теперь судьба моя горька…</v><v>Кто пожалеет старика?</v><v>Я окружен был</v><v>Льстивой знатью,</v><v>А вот теперь лежу в грязи.</v><v>Я воспитал их, этих братьев,</v><v>И гордость нашу — Челкази.</v><v>Но как-то братья среди ночи</v><v>Цепями спутали меня.</v><v>Глоток воды</v><v>И семь пощечин</v><v>Я получаю раз в два дня.</v><v>Коль добро сердце молодое,</v><v>Придвиньте, милый, чан с водою.—</v><v>Царевич явно поспешил…</v><v>Посуду карлик осушил,</v><v>Вздохнул, напрягся</v><v>Что есть духу,</v><v>Порвал, как нитку, цепь, вскочил…</v><v>И в благодарность оплеуху</v><v>Царевич тут же получил.</v><v>А карлик — рысью по газонам,</v><v>Через фонтан, к царевне сонной.</v><v>Схватил ее за сорок кос,</v><v>Взвалил на плечи и унес…</v></stanza></poem><subtitle><strong>10</strong></subtitle><poem><stanza><v>Кто ж тот старик неблагодарный —</v><v>Пузат, горбат и бородат?</v><v>То был могучий и коварный</v><v>Бессмертный карлик Джанпола́т.</v><v>Сын колдуна и ведьмы тощей,</v><v>Он прожил лет уже с полтыщи,—</v><v>Ни меч булатный, ни стрела</v><v>Ему не причиняли зла.</v><v>И, может быть,</v><v>Никто на свете</v><v>Не знал секрет его бессмертья,</v><v>При встрече даже смерть сама</v><v>Его боялась без ума.</v><v>Он наделен был страшной властью,</v><v>Он людям приносил несчастье,</v><v>Красавиц юных воровал</v><v>И вскоре смерти предавал.</v><v>Семь братьев</v><v>Бились с Джанполатом,</v><v>Сражались дружно — брат за брата,</v><v>Им удалось его поймать,</v><v>Скрутить и в цепи заковать.</v><v>…Уже и сумерки сгустились,</v><v>Когда дорогою лесной</v><v>С охоты братья воротились</v><v>Веселой, шумною гурьбой.</v><v>Узнав нерадостные вести,</v><v>В погоню бросились все вместе,</v><v>Но все же без сестры родной</v><v>Вернулись на заре домой.</v><v>Глаза строги,</v><v>Угрюмы лица…</v><v>В саду дремала кобылица,</v><v>А сорок резвых жеребят</v><v>Резвились, как толпа ребят.</v><v>— Беда, — сказал Усуб, — большая!</v><v>Но дайте срок недолгий мне —</v><v>Найду царевну, обещаю,</v><v>Хоть в скалах снежных,</v><v>Хоть на дне!</v></stanza></poem><subtitle>11</subtitle><poem><stanza><v>Не день, не два Усуб скитался…</v><v>На пятый день ему попался</v><v>В пустыне знойной, наконец,</v><v>Известный нам уже мудрец.</v><v>Он выслушал рассказ героя,</v><v>Седые пряди теребя:</v><v>— Все это дело не простое,</v><v>Однако выручу тебя.</v><v>Уже известно</v><v>Мне лет двести,</v><v>Что страшен карлику Меч Мести,</v><v>Но спрятал грозный тот булат</v><v>В семи пещерах Джанполат.</v><v>Там темные владычат силы,</v><v>Там ночь ужасна,</v><v>Полдень — сер,</v><v>И многие свою могилу</v><v>Нашли среди семи пещер.</v><v>Там в первой — мрачной и холодной  —</v><v>К кольцу привязан бык голодный,</v><v>Он дышит дымом и огнем,</v><v>И дыбом шерсть встает на нем.</v><v>В другой — волк с красными глазами,</v><v>Рычит и щелкает зубами.</v><v>Перед быком баран лежит,</v><v>А волк стог сена сторожит.</v><v>Ты, не раздумывая долго,</v><v>Перенеси барана к волку,</v><v>А сено — тут уж не зевай! —</v><v>Быку голодному отдай.</v><v>А в третьей —</v><v>Девять негров черных</v><v>Стоят при топорах точеных.</v><v>Ты опусти им топоры,</v><v>Чтоб отдохнули до поры.</v><v>В четвертой, в пятой —</v><v>Слева, справа —</v><v>Журчат маняще родники,</v><v>Но не вода в них, а отрава,</v><v>Терпи — напьешься из реки.</v><v>В шестой пещере — под замками</v><v>Величиной с пудовый камень —</v><v>Семь медью кованных дверей.</v><v>И ты взломай их поскорей.</v><v>А вот в седьмой,</v><v>В укромном месте,</v><v>Где черти стерегут углы,</v><v>В смоле густой</v><v>Увяз Меч Мести.</v><v>Его ты вырви из смолы</v><v>И сразу поспешай обратно</v><v>И все руби, как лесоруб.</v><v>— Благодарю, мудрец, понятно.</v><v>Благодарю! — сказал Усуб.</v><v>Он все до тонкости запомнил,</v><v>Советы мудреца исполнил</v><v>И, семь дверей взломав плечом,</v><v>Волшебным завладел мечом.</v><v>И, не давая вороному</v><v>Минуточки передохнуть,</v><v>По лесу, солнцем залитому,</v><v>Отправился в опасный путь.</v><v>Ни ночью, ни рассветной ранью</v><v>Он повод не ронял из рук…</v><v>А конь глотает расстоянья,</v><v>И все меняется вокруг.</v><v>До горизонта</v><v>Тучи стынут,</v><v>Почти касаясь головы,</v><v>Повсюду мертвая пустыня:</v><v>Пи птиц, ни ветра, ни травы.</v><v>Вот на краю долины сонной,</v><v>Уродлива и тяжела,</v><v>Над черной пропастью бездонной</v><v>Возникла черная скала.</v><v>Усуб вдали остановился,</v><v>На перекрестке трех дорог,</v><v>Неторопливо помолился</v><v>И затрубил в железный рог.</v><v>Тут Джанполат</v><v>Скалу покинул,</v><v>Рванулся вниз, как булава.</v><v>Усуб свой щит дамасский вскинул</v><v>И выдержал удар едва.</v><v>Но, львиной резвостью владея,</v><v>Схватил за бороду злодея,</v><v>Над головою раскрутил</v><v>И в черную скалу влепил.</v><v>Скала — в куски!</v><v>А карлик злой</v><v>Захохотал — и снова в бой.</v><v>Плевал отравленной слюною,</v><v>Душил Усуба бородою…</v><v>Но, Джанполата сбросив с плеч,</v><v>Достал Усуб волшебный меч.</v><v>Он ждал врага,</v><v>Застыв на месте,</v><v>А карлик вился тут и там…</v><v>Сверкнул, как молния, Меч Мести,</v><v>Рассек злодея пополам.</v><v>И вдруг — откуда только! — птицы</v><v>Запели, начали резвиться,</v><v>Из мертвой, высохшей земли</v><v>Цветы душистые взошли,</v><v>Лучами небо засветилось.</v><v>Из плена Челкази явилась,</v><v>Усубу подарила взгляд,</v><v>Который слаще всех наград.</v><v>Они, смущенные немного,</v><v>Немедля тронулись в дорогу —</v><v>Помчались, горяча коней,</v><v>В страну семи богатырей.</v></stanza></poem><subtitle><strong>12</strong></subtitle><poem><stanza><v>Встречать Усуба вышли братья</v><v>Могучи были их объятья.</v><v>Царевич в стороне сидел</v><v>И мрачно в сторону глядел.</v><v>Героя все благодарили</v><v>И кобылицу подарили.</v><v>…Под звуки флейт,</v><v>Под барабан</v><v>Собрался пышный караван,</v><v>Шагали важные верблюды,</v><v>Неся шелка, парчу, посуду,</v><v>Алмазы, золото, вино —</v><v>Все, что в приданое дано.</v><v>В пути устали иноходцы.</v><v>Бивак разбили у колодца.</v><v>Усуб, красавец молодой,</v><v>Спустился в бездну за водой.</v><v>Когда же он наполнил ловко</v><v>Водою сорок бурдюков,</v><v>Царевич разрубил веревку</v><v>Своим мечом —</v><v>И был таков!</v><v>Уже ночной покров спустился</v><v>Никто Усуба не хватился,—</v><v>И в темный лес,</v><v>В густой туман,</v><v>Как в воду, канул караван.</v><v>Неспешно ходят караваны!</v><v>Но, миновав чужие страны.</v><v>Он ровно через девять дней</v><v>Достиг дворца царя царей.</v><v>Царевича встречали чинно…</v><v>Царь рад был</v><v>Возвращенью сына,</v><v>Царевну дивную обнял</v><v>И трижды в лоб поцеловал.</v><v>Шумели люди, волновались,</v><v>Красой Востока любовались.</v><v>В толпу бросая жемчуга,</v><v>Царь молвил: — Где же твой слуга</v><v>Царевич не повел и усом,</v><v>Брезгливо лишь пожал плечом:</v><v>— Он оказался жалким трусом,</v><v>Я покарал его мечом.—</v><v>Тут царь:</v><v>— Всем прочим в назиданье</v><v>Семью Усуба заковать</v><v>И перед свадьбой ранней ранью</v><v>На площади четвертовать! —</v><v>…День свадьбы.</v><v>Вся гудит столица.</v><v>А луноокая царица</v><v>С зарей взошла на минарет</v><v>И так сказала на весь свет:</v><v>— Хочу, о царь, я убедиться,</v><v>Что смел жених мой и удал:</v><v>Чтоб он морскую кобылицу</v><v>При всем народе оседлал.—</v><v>Царевич раз и два пытался,</v><v>Но чуть без глаза не остался,</v><v>На кобылицу страшно злясь,</v><v>Он отступил,</v><v>Стирая грязь.</v><v>И тут царица рассказала</v><v>Народу и царю царей</v><v>Все то, что про Усуба знала,—</v><v>Всю правду, ведомую ей.</v><v>Под гул ремесленного люда</v><v>Царь, чтоб народ не бунтовал,</v><v>Казнь злую</v><v>Отложил покуда,</v><v>Царевну ж в цепи заковал.</v></stanza></poem><subtitle>* * *</subtitle><poem><stanza><v>«А как Усуб?» — теперь мы спросим,</v><v>Поскольку наш герой в беде.</v><v>Стоял он день, и два, и восемь</v><v>По горло в ледяной воде.</v><v>И вспомнил Рух</v><v>В своей темнице,</v><v>Достал перо волшебной птицы,</v><v>И издалека, во весь дух,</v><v>К нему примчалась птица Рух.</v><v>— Ты храбр, умен,</v><v>И не пойму я,</v><v>Как в западню попал такую?</v><v>— Не знал, что мне отплатят злом,</v><v>И мне досталось поделом! —</v><v>Птенцы из трав веревку свили,</v><v>В сырой колодец опустили,</v><v>На солнце выбрался Усуб —</v><v>Не попадает зуб на зуб!</v><v>— Ну не тужи, — сказала птица,—</v><v>Я отвезу тебя в столицу.—</v><v>И синим небом в тот же миг</v><v>Усуб наш города достиг.</v><v>Узнав его,</v><v>Густой толпою</v><v>Весь город бросился к герою:</v><v>— Усуб, живем мы в нищете,</v><v>И в голоде, и в темноте.</v><v>Мы гнем, не видя солнца, спину,</v><v>Мы для богатых как скотина.</v><v>Наш царь жесток, коварен, глуп,</v><v>Хотим в цари тебя, Усуб! —</v><v>Тут дружно</v><v>Выступили вместе</v><v>Гончар, кожевенник, кузнец,</v><v>И выхватил Усуб Меч Мести,</v><v>И царский задрожал дворец.</v><v>Сражались сколько было мочи,</v><v>Три дня рубились</v><v>И три ночи.</v><v>Наутро бледная заря</v><v>Узрела мертвого царя.</v><v>Всем узникам свободу дали,</v><v>От счастья женщины рыдали,</v><v>Рабам нарезали земли,</v><v>А тюрьмы мрачные сожгли.</v><v>Царевна обняла Усуба,</v><v>Поцеловала сладко в губы,—</v><v>И свадьба длилась сорок дней.</v><v>Как жаль,</v><v>Что не был я на ней!</v></stanza></poem></section></section><section><title><p>Карленэ Чачани</p></title><section><image l:href="#16"/><p><sup><sub>КАРЛЕНЭ ЧАЧАНИ (Карлен Арамович Чачанян) родился в 1930 году в селе Джарджарис, Апаранского района, Армянской ССР, в семье служащего. Учился в Алагезской средней школе. В 1948 году поступил в Ереванский педагогический институт имени X. Абовяна.</sub></sup></p><p><sup><sub>К. Чачани член КПСС.</sub></sup></p><p><sup><sub>По окончании института работал в Ереване, был заведующим отделом редакции газеты «Рйа таза», работал в Академии наук Армянской ССР. В 1965 году получил ученую степень кандидата исторических наук. С 1965 года — член Союза писателей СССР, председатель секции курдских писателей при Союзе писателей Армении.</sub></sup></p><p><sup><sub>Чачани член правления Союза писателей Армении, он был участником V съезда писателей СССР.</sub></sup></p><p><sup><sub>Чачани автор пяти сборников стихов и ряда научно-исторических книг.</sub></sup></p></section><section><title><p>ЗОЛОТАЯ ЧАША<a l:href="#n_12" type="note">[12]</a></p></title><poem><stanza><v>В городке одном когда-то</v><v>Горе мыкали три брата.</v><v>Звали старшего Хали́л,</v><v>Бедняком всю жизнь прожил.</v><v>Средним братом был Вали́,</v><v>Век сидел он на мели,</v><v>Нищетой сравниться с ним</v><v>Мог лишь младший брат, Сали́м.</v><v>Сохнут братья от забот.</v><v>Вот уже который год</v><v>Без работы ходят братья:</v><v>Не найдут себе занятья.</v><v>И задумались: как быть?</v><v>Как на жизнь себе добыть?</v><v>И однажды брат Салим</v><v>Братьям предложил своим:</v><v>— Чтобы нас не мучил голод,</v><v>Не пойти ль в соседний город?</v><v>Может, дело там найдем,</v><v>Справимся с любым трудом…—</v><v>Что ж? На том и порешили</v><v>И в дорогу поспешили.</v><v>Целый день три брата шли —</v><v>Лес увидели вдали.</v><v>Братья в темный лес ступили,</v><v>Ключевой воды испили,</v><v>Под кустом легли вздремнуть,</v><v>Чтоб с утра продолжить путь.</v><v>Мрак поутру разомкнулся.</v><v>Раньше всех Салим проснулся</v><v>И воскликнул: — Хватит спать! —</v><v>Вот в пути они опять…</v><v>Вдруг на просеке лесной</v><v>Слышат топот за спиной.</v><v>Под собой не чуя ног,</v><v>Братья в страхе наутек.</v><v>Топот сзади тише стал:</v><v>Видно, зверь от них отстал.</v><v>Дух они перевели,</v><v>Оглянулись — и вдали</v><v>Медвежонка братья видят…</v><v>— Нас звереныш не обидит,—</v><v>Молвил братьям старший брат.—</v><v>Сочиним ему наряд,</v><v>И по селам все втроем</v><v>С медвежонком мы пойдем.</v><v>— Стой! — кричат они вдогонку</v><v>Струсившему медвежонку.</v><v>И догнали, и связали,</v><v>И с собой в дорогу взяли.</v><v>И в дороге брат Халил</v><v>Вот что братьям предложил:</v><v>— Станем развлекать народ.</v><v>Жить мы будем без хлопот,</v><v>Лучше не найдем занятья.</v><v>Зверя научу плясать я…—</v><v>Возразил ему Салим:</v><v>— Жить хочу трудом своим.</v><v>Что ж, по-твоему, теперь</v><v>Прокормить нас должен зверь?</v><v>Это мне неинтересно,</v><v>Я хочу работать честно,</v><v>В жизнь бродячую не верю.</v><v>Лучше дать свободу зверю!</v><v>— Если так, не брат я вам,</v><v>Я пойду по селам сам,—</v><v>Двинулся вперед Халил</v><v>И медведя потащил.</v><v>Как тут быть? Салим с Вали</v><v>За Халилом вслед пошли.</v><v>Обучили зверя танцам:</v><v>И кружиться, и топтаться,</v><v>И отправились в селенье,</v><v>Чтобы дать там представленье.</v><v>Младший в барабан стучал,</v><v>Старший что есть сил кричал:</v><v>— Эй, сюда спеши, народ!</v><v>Всех медведь ученый ждет,</v><v>Представлением своим</v><v>Нынче всех развеселим! —</v><v>Средний пел и бил в ладоши:</v><v>— Медвежонок мой хороший,</v><v>Не ленись, дружок, спляши,</v><v>Ребятишек рассмеши! —</v><v>Шапку в руки взял Халил</v><v>И по кругу с ней ходил…</v><v>Но не захотел медведь</v><v>Братьев выручать и впредь.</v><v>Ночью убежал он в лес</v><v>И в густом лесу исчез.</v><v>Братья лишь к утру хватились</v><v>И на поиски пустились.</v><v>Но кормильца нет как нет.</v><v>Что искать! Простыл и след…</v><v>Безутешен старший брат,</v><v>А Салим побегу рад:</v><v>— Медвежонку место в чаще,</v><v>Труд поищем настоящий.</v><v>Дело в городе найдется…—</v><v>Но назавтра у колодца</v><v>Увидал Халил сосуд:</v><v>— Ни к чему теперь нам труд.</v><v>Эта чаша не простая,</v><v>Эта чаша золотая!</v><v>Расколю ее на части —</v><v>В чаше этой наше счастье.—</v><v>Поднял камень брат Халил,</v><v>Камнем чашу он разбил.</v><v>Только было не с руки —</v><v>Золотые черепки</v><v>Он в колодец уронил.</v><v>Прыгнул в воду брат Халил…</v><v>Вот беда! Салим с Вали,</v><v>Как ни бились, не смогли</v><v>Брата жадного спасти…</v><v>Грустно молвили: — Прости! —</v><v>Посидели, помолчали</v><v>И, задумавшись, в печали,</v><v>Брат Салим и брат Вали</v><v>В ближний город побрели.</v><v>И сказал Салим, что лучше</v><v>Не надеяться на случай,</v><v>Что, конечно, честный труд</v><v>Братья в городе найдут…</v></stanza></poem><image l:href="#17"/></section><section><title><p>САПОЖНИК И АГА<a l:href="#n_13" type="note">[13]</a></p></title><poem><stanza><v>Чато́, сапожник, был бедняк,</v><v>Перебивался кое-как,</v><v>Однако жалоб от Чато</v><v>Не слышал в городе никто.</v><v>Вокруг сапожника с утра</v><v>Всегда толпилась детвора,—</v><v>Он никогда не унывал</v><v>И за работой распевал.</v><v>Чинил и шил он башмаки,</v><v>К нему спешили бедняки.</v><v>Он шило брал и молоток</v><v>И людям помогал, как мог.</v><v>Получит несколько грошей</v><v>На пропитанье малышей —</v><v>И вот спокоен он и рад,</v><v>Других не надобно наград.</v><v>Но как-то он попал впросак.</v><v>К нему пришел ага-толстяк</v><v>И так сказал: — Уж сколько лет</v><v>Мне от тебя покою нет!</v><v>Сидишь ты под моим окном,</v><v>Стучишь до ночи молотком.</v><v>У дорогой моей ханум</v><v>От стука помутился ум.</v><v>Так дело не пойдет на лад —</v><v>Ступай куда глаза глядят!</v></stanza><stanza><v>Сапожник возразил ему:</v><v>— Где труд я по душе возьму?</v><v>Чем прокормлю мою семью?</v><v>Работу я люблю свою,</v><v>Все знают в городе меня.</v><v>Уйду — не проживу и дня.—</v><v>Ага-богач рассвирепел,</v><v>Побагровел и засопел</v><v>И крикнул бедняку в ответ:</v><v>— Вот полный золота кисет.</v><v>Лови — и быстро с глаз долой!</v><v>Сапожник поспешил домой,</v><v>Нежданному подарку рад.</v><v>Но где же спрятать этот клад?</v><v>Он ямку вырыл во дворе.</v><v>Кисет он спрятал в той норе,</v><v>Поверх он камень положил.</v><v>Всю ночь богатство сторожил.</v><v>И так сапожник день за днем</v><v>Не думал больше ни о чем,</v><v>Не делал больше ничего</v><v>И лишь от клада своего</v><v>Не отходил ни шагу прочь.</v><v>И стало наконец невмочь.</v><v>Однажды, чуть забрезжил свет</v><v>Из ямы вырыл он кисет,</v><v>Его понес он богачу</v><v>И в гневе молвил: — Не хочу</v><v>Я подаяньем этим жить,</v><v>Кисет проклятый сторожить!</v><v>С подачками ко мне не лезь!</v><v>Богатство хуже, чем болезнь.</v></stanza><stanza><v>Он на кисет и не взглянул,</v><v>В лицо аге его швырнул.</v><v>Пошел и сел за свой станок</v><v>И шило взял и молоток.</v><v>С тех пор Чато не унывал:</v><v>Как прежде, песни распевал.</v></stanza></poem></section><section><title><p>ЗЛОЙ ВИЗИРЬ<a l:href="#n_14" type="note">[14]</a></p></title><poem><stanza><v>Послушайте рассказ о том,</v><v>Что приключилось встарь.</v></stanza><stanza><v>Когда-то в городе одном</v><v>Жил-был суровый царь.</v><v>Всегда визирь был рядом с ним,</v><v>Советчик неизменный:</v><v>Как пес, был злобой одержим,</v><v>Хитрец и враль отменный.</v><v>Однажды царь его зовет:</v><v>— Скорей сбирайся в путь!</v><v>Как в городе народ живет,</v><v>Хочу я сам взглянуть.</v><v>Чтоб люди не узнали нас,</v><v>Костюм наденем бедный.</v><v>Мы всё увидим без прикрас,</v><v>Коль будем незаметны.—</v><v>Вот им лохмотья принесли,</v><v>И, бедняков бедней,</v><v>Они по городу пошли…</v><v>Стояли у дверей</v><v>И слушали, что говорят</v><v>О них простые люди,</v><v>Чтоб знать, кто их правленью рад,</v><v>А кто порядки судит.</v><v>Вот дом и кособок, и слеп</v><v>На улочке одной.</v><v>В лачуге этой черствый хлеб</v><v>Был лакомой едой.</v><v>Пастух Надо́ жил в доме том</v><v>И не роптал на бога,</v><v>И обходили этот дом</v><v>Несчастье и тревога.</v><v>Царь и визирь, замедлив шаг,</v><v>Вдруг услыхали смех.</v><v>Царь удивлен: — Какой чудак!</v><v>Видать, беднее всех,</v><v>А веселится… В дом зайдем,</v><v>Посмотрим, что случилось,</v><v>И посмеемся с бедняком,</v><v>Ему окажем милость.—</v><v>Они ступили на порог.</v><v>Пастух был рад гостям:</v><v>— Родился у меня сынок,</v><v>Друзья, входите к нам! —</v><v>Гостей Надо к столу подвел,</v><v>Проговорил в смущенье:</v><v>— Прошу простить, коль скромен стол</v><v>И бедно угощенье.</v><v>Вот не побрезгуйте сырком,</v><v>Я лук и хлеб добыл.—</v><v>И луковицу кулаком</v><v>На части раздавил.</v><v>Визирь, давясь такой едой</v><v>И усмехаясь криво,</v><v>Сказал царю: — Пора домой! —</v><v>Поднялся суетливо.</v><v>Царь вышел вместе с ним за дверь,</v><v>Простившись кое-как.</v><v>Визирь сказал ему: — Поверь,</v><v>Там родился твой враг.</v><v>Когда мальчишка подрастет,</v><v>Слетит твоя корона.</v><v>Он на тебя войной пойдет,</v><v>Тебя прогонит с трона.</v><v>Коварен будет он и смел,</v><v>Хитер не по летам,</v><v>И все, чем ты, мой царь, владел,</v><v>Раздаст он беднякам.</v><v>Не дом — разбойничье гнездо,—</v><v>Добавил с миной постной,—</v><v>Гони из города Надо,</v><v>Пока еще не поздно!</v></stanza><stanza><v>Но царь заметил, помолчав:</v><v>— Мне по душе пастух!</v><v>— О нет, владыка, ты неправ,</v><v>В том доме вредный дух! —</v><v>А царь смеется: — Пустяки!</v><v>Брось домыслы шальные!</v><v>Мне не опасны бедняки</v><v>И дети их грудные.—</v><v>Визирь озлился: как же так —</v><v>Не сладил он с царем!</v><v>Поплатится Надо-бедняк,</v><v>Он виноват во всем.</v><v>Царь не поверил первый раз</v><v>Злодейским наговорам.</v><v>Визирь — пролаза из пролаз —</v><v>В стране был главным вором,</v><v>Был вероломною лисой,</v><v>Забыл о слове «честь»,</v><v>Он не гнушался клеветой</v><v>И щедро сыпал лесть;</v><v>Внушал всем ненависть одну,</v><v>Был всех подлей на свете,</v><v>Он грабил царскую казну,</v><v>Царю расставил сети.</v><v>Прошло еще семнадцать лет,</v><v>И царь был разорен.</v><v>Визирь же — в золото одет</v><v>И зарится на трон.</v><v>Семнадцать лет прошли не зря —</v><v>Он подбирался к цели…</v><v>Но давние враги царя</v><v>В то время осмелели</v><v>И на царя пошли войной.</v><v>И отдал царь приказ:</v><v>— Всем, кто здоров, собраться в бой,</v><v>Немедля, в тот же час! —</v><v>На площадях глашатай звал</v><v>Народ на подвиг ратный,</v><v>Кричал, что на страну напал</v><v>Противник беспощадный!</v><v>Визирь ликует, и не зря:</v><v>Мол, царь пойдет в поход,</v><v>И на войне убьют царя,</v><v>А он престол займет…</v><v>Увы, пришлось прогнать мечты</v><v>К помышленья эти.</v><v>Царь приказал: — Отныне ты</v><v>За армию в ответе.</v><v>Вели скорей взнуздать коня,</v><v>Повозку мне запрячь!</v><v>Сегодня до исхода дня</v><v>Созвать ты должен рать.</v><v>Вели скорее распахнуть</v><v>Ворота арсенала!</v><v>Хоть впереди нелегкий путь,</v><v>Я не страшусь нимало…</v></stanza><stanza><v>Визирь, угодлив и труслив,</v><v>Чуть ноги уволок</v><v>И, с перепугу еле жив,</v><v>Забился в уголок.</v><v>А царь задолго до зари</v><v>Собрал своих придворных:</v><v>— Здесь остается Гюльпери́,</v><v>Вы будьте ей покорны.</v><v>Моя единственная дочь</v><v>Всех девушек мудрей,—</v><v>Во всем сумеет вам помочь,</v><v>Вверяю царство ей.</v></stanza><stanza><v>Глаз не сводя с его лица,</v><v>Стояла дочь у трона.</v><v>Склонясь, взяла из рук отца</v><v>Тяжелую корону:</v><v>— Отец, спокоен будь в бою,</v><v>Не раз ты воевал…—</v><v>Царь крепко обнял дочь свою</v><v>И в лоб поцеловал.</v><v>И вот в поход зовет зурна́,</v><v>Ей вторят барабаны.</v><v>Длинна дорога и трудна</v><v>До вражеского стана…</v><v>Вот схватка первая с врагом,</v><v>А утром — снова бой.</v><v>И боль кругом, и смерть кругом,</v><v>Но лишь один герой</v><v>Был с каждой битвой все смелей,</v><v>И тверже, и спокойней;</v><v>Как лев, сражался много дней</v><v>В кровопролитной бойне.</v><v>А злой визирь исподтишка</v><v>Следил за ним давно:</v><v>Сгубить задумал смельчака</v><v>По имени Хано́.</v><v>Вельможа отомстить хотел</v><v>Надо — простолюдину,</v><v>И парню, что в боях так смел,—</v><v>Пастушескому сыну.</v><v>В палатке черной полумрак,</v><v>Визирь царю твердит:</v><v>— Хано — шпион, предатель, враг,</v><v>Коварство он таит.</v><v>О мудрый царь, на твой престол</v><v>Он хочет покуситься.</v><v>В доверье к нам не зря вошел</v><v>Расчетливый убийца…—</v><v>И царь, от гнева сам не свой:</v><v>— Мерзавца пусть найдут,</v><v>Тугою свяжут бечевой</v><v>И принесут мой кнут!</v></stanza></poem><image l:href="#18"/><poem><stanza><v>— О царь! Зачем рубить сплеча?</v><v>Не надо торопиться.</v><v>Хано накажем сгоряча —</v><v>И войско разбежится.</v><v>Не лучше ли Хано послать</v><v>К царевне Гюльпери,</v><v>В письме два слова написать:</v><v>«Посланца убери!» —</v><v>И обратился царь к Хано,</v><v>И вежлив, и спокоен:</v><v>— Есть дело важное одно,</v><v>Лишь ты его достоин.</v><v>За то, что смелым был в бою,</v><v>Скачи в родимый край.</v><v>Там навести ты дочь мою</v><v>И ей письмо отдай.—</v><v>И вот Хано к исходу дня</v><v>Помчался в край родимый.</v><v>Без передышки гнал коня</v><v>Ездок неутомимый.</v><v>Скакал он весело и пел.</v><v>Проехал сто дорог.</v><v>Конь от усталости храпел,</v><v>Но был упрям седок.</v><v>Посланцу царскому народ</v><v>Путь уступал с почтеньем,</v><v>А храбрый юноша был горд</v><v>Особым порученьем.</v><v>Без сна, без отдыха герой</v><v>Скакал семь дней подряд.</v><v>И видит он перед собой</v><v>Прекрасный царский сад.</v><v>Он въехал в сад, а там родник</v><v>Под яблоней ветвистой;</v><v>К струе холодной он приник,</v><v>Воды напился чистой.</v><v>Благоухал огромный сад,</v><v>Цветами напоен.</v><v>Клонилось солнце на закат,</v><v>Сморил героя сон.</v><v>Заснул он после всех тревог,</v><v>Дорогой утомленный,</v><v>Его баюкал ветерок,</v><v>Журчал родник студеный.</v><v>Царевна в это время в сад</v><v>Выходит из дворца;</v><v>Она грустна, потуплен взгляд —</v><v>Царевна ждет отца.</v><v>Тревожно, неспокойно ей —</v><v>Убит он или ранен?</v><v>Давно ей царь не шлет вестей,</v><v>Далеко поле брани.</v><v>Давно ее гнетет тоска,</v><v>Давно лишилась сна…</v><v>Вдруг юношу у родника</v><v>Увидела она.</v><v>Он спал, его в тени густой</v><v>Свалила с ног усталость.</v><v>И Гюльпери его красой</v><v>Тайком залюбовалась.</v><v>Откуда он, ей невдомек.</v><v>Куда он держит путь?</v><v>И, чуть дыша, кладет цветок</v><v>Она ему на грудь.</v><v>Хано от запаха цветка</v><v>Глаза открыл — и что же?</v><v>Красавица у родника,</v><v>Всех девушек пригожей!..</v><v>— Да это продолженье сна</v><v>Иль сказка? Не пойму.—</v><v>Но Гюльпери, гибка, стройна,</v><v>Приблизилась к нему.</v><v>Хано навстречу ей вскочил,</v><v>А девушка сказала:</v><v>— Пойдем со мной, ты сердцу мил,</v><v>Я о тебе мечтала.</v><v>Не знаю, кто ты, — все равно</v><v>Душа твоя светла.—</v><v>И руку подала Хано,</v><v>И во дворец ввела.</v><v>И в радости своей они</v><v>Часов не замечали.</v><v>Счастливые настали дни,</v><v>Забыты все печали.</v><v>Посланец бедный полюбил</v><v>Царевну Гюльпери,</v><v>А про письмо царя забыл…</v></stanza><stanza><v>День минул, два и три —</v><v>И вот он вспомнил наконец</v><v>О царском порученье,</v><v>Своей возлюбленной гонец</v><v>Письмо отдал в смущенье.</v><v>Послание прочла она,</v><v>И свет в глазах погас:</v><v>— Хано, да в чем твоя вина?</v><v>Признайся мне тотчас!</v><v>Неужто все мечты пусты?</v><v>Кого-нибудь ты предал?</v><v>Хано, я требую, чтоб ты</v><v>Всю правду мне поведал.</v></stanza><stanza><v>Хано никак не мог понять</v><v>Любимую свою:</v><v>— Зачем ты стала мне пенять?</v><v>Не трусил я в бою,</v><v>Всегда я честно воевал,</v><v>С врагом сражался смело</v><v>И никого не предавал.</v><v>Так объясни, в чем дело? —</v><v>В глубоком горе Гюльпери</v><v>Сдержать не может слез:</v><v>— Нет, лучше сам ты посмотри,</v><v>Какой приказ привез.</v><v>Отец велел убить гонца…</v><v>Но жить ты будешь, милый!</v><v>Пускай ослушаюсь отца —</v><v>Казнить тебя нет силы.</v></stanza><stanza><v>— Визирь хотел, чтоб на войне</v><v>Погиб я поскорей,</v><v>Он завистью пылал ко мне,—</v><v>Хано ответил ей.—</v><v>Царь видел, как я воевал,</v><v>Мне доверял всецело.</v><v>Клянусь, меня визирь-шакал</v><v>Оклеветал умело!</v></stanza><stanza><v>— Тебе я верю всей душой,</v><v>Чисты твои слова,</v><v>И не расстанусь я с тобой,</v><v>Покуда я жива.</v><v>За клевету мы отомстим,</v><v>Визиря обесславим.</v><v>Скажи родителям своим,</v><v>Что скоро свадьбу справим. —</v><v>И, радуясь таким речам,</v><v>Хано пошел в свой дом.</v><v>Отец и мать тужили там</v><v>О сыне дорогом,</v><v>Мечтали, чтобы он скорей</v><v>Вернулся в дом родимый.</v><v>И вот стоит он у дверей,</v><v>Живой и невредимый.</v><v>Старушка сына обняла.</v><v>Решил пастух-отец,</v><v>Что туча черная прошла</v><v>И что войне конец.</v><v>Когда же сын поведал им</v><v>О свадьбе и невесте,</v><v>Их радость превратилась в дым</v><v>От этой странной вести.</v><v>— Судьба меня послала в путь,</v><v>Впустила в царский сад.</v><v>Не знатен я, да в том ли суть —</v><v>Кто беден, кто богат? —</v><v>Надо стал сына укорять:</v><v>— К чему такие шутки? —</v><v>Решили и отец и мать:</v><v>Сын не в своем рассудке.</v><v>Но сын родителям сказал:</v><v>— Мой ум не замутнен.—</v><v>И с гордостью им показал</v><v>Кольцо царевны он…</v></stanza><stanza><v>Ну, если сын и впрямь жених,</v><v>Что он на пир наденет?</v><v>Знакомых обошли, родных</v><v>И в долг достали денег.</v><v>Готовить свадьбу принялись,</v><v>Не тратя лишних слов,</v><v>Семь дней коротких пронеслись —</v><v>И пир уже готов.</v><v>Всех во дворец зовет зурна,</v><v>Грохочут барабаны,</v><v>Нет счета бурдюкам вина,</v><v>Заколоты бараны.</v><v>Ломился стол от редких блюд,</v><v>Рекой текло вино.</v><v>Повеселился бедный люд</v><v>На свадьбе у Хано.</v><v>А после свадьбы он жене</v><v>Стал помогать в правленье.</v><v>Но вот пришел конец войне,</v><v>И царь, по возвращенье</v><v>Узнав, что жив-здоров Хано,</v><v>Что не был он казнен,</v><v>Что царским зятем стал давно,</v><v>Воскликнул, разъярен:</v><v>— Бедняк посмел занять дворец!</v><v>Задам я самозванцу…—</v><v>И рад визирь: «Теперь конец</v><v>Мальчишке-оборванцу!»</v><v>Царю в глаза он заглянул:</v><v>— О царь мой, был я прав:</v><v>Хано царевну обманул,</v><v>Твое письмо порвав,</v><v>И, гнусный замысел тая,</v><v>На Гюльпери женился.—</v><v>Царь возмутился: — Чтобы я</v><v>Да с нищим породнился!..</v><v>Но как же дочь моя могла</v><v>Поверить подлецу?</v></stanza><stanza><v>Тут Гюльпери, тонка, смугла,</v><v>Приблизилась к отцу.</v><v>— Не дочь я вырастил — змею! —</v><v>Сказал ей царь с укором.—</v><v>Ты запятнала честь свою,</v><v>Меня покрыв позором.</v><v>Так где он, этот негодяй,</v><v>Что на тебе женат?</v><v>— Отец, меня ты покарай,</v><v>А он не виноват.</v><v>Одну меня казнить вели,</v><v>А милого не трогай! —</v><v>И дочь склонилась до земли.</v><v>— Прочь! Скатертью дорога!</v><v>Куда пойдешь, мне все равно,—</v><v>Отец ей отвечал.—</v><v>Визирь, вели казнить Хано! —</v><v>Он в гневе закричал.</v><v>Юлил визирь: — Поступим так,</v><v>Чтоб было шито-крыто.</v><v>Зачем нам попадать впросак</v><v>Из-за Хано-бандита?</v><v>Садовников я приведу</v><v>К тебе, о царь царей!</v><v>Пусть яму выроют в саду,</v><v>Поглубже, почерней.</v><v>Кто первый утром в сад войдет,</v><v>Того пусть в яму сбросят,</v><v>Землей засыплют, и народ</v><v>Нас ни о чем не спросит.—</v><v>И злой визирь привел тотчас</v><v>Садовников к царю.</v><v>— Я золотом осыплю вас,</v><v>По-царски одарю,—</v><v>Сказал им царь.—</v><v>Вы лишь язык</v><v>Держите за зубами.</v><v>Кто б в сад под утро ни проник,</v><v>Его тащите к яме,</v><v>Вяжите, кто бы ни был он,</v><v>Не бойтесь ничего,</v><v>Пусть будет в яме погребен —</v><v>Он заслужил того! —</v><v>Царь бросил несколько монет</v><v>Двум слугам удивленным.</v><v>И начали они чуть свет</v><v>Копать в саду зеленом.</v><v>А рано утром царь седой</v><v>К себе Хано позвал,</v><v>За родниковою водой</v><v>Он в сад его послал.</v><v>Что недалеко до беды,</v><v>Жена подозревала.</v><v>— Успеешь принести воды,—</v><v>Она Хано сказала.</v><v>Старалась мужа задержать,</v><v>Чтоб не свершилось зло…</v><v>В сад поспешил визирь узнать,</v><v>Что там произошло.</v><v>Наемные убийцы там,</v><v>Послушные приказу,</v><v>И по рукам и по ногам</v><v>Его связали сразу</v><v>И в яму бросили, потом</v><v>Засыпали землей…</v></stanza><stanza><v>Был за коварство поделом</v><v>Визирь наказан злой.</v><v>За то, что яму рыл другим,</v><v>Сам оказался в яме…</v></stanza><stanza><v>Царевна с мужем молодым</v><v>Страною правят сами.</v><v>(Когда скончался старый царь,</v><v>Его сменил Хано.)</v></stanza><stanza><v>Так вот что приключилось встарь,</v><v>Давным-давным-давно…</v></stanza></poem><image l:href="#19"/></section></section><section><title><p>Усувэ Бако</p></title><section><image l:href="#20"/><p><sup><sub>УСУВЭ БАКО (Бакоев) родился в 1909 году в семье крестьянина-бедняка. В 1918 году семья Усувэ Бако переселилась из села в Ереван. Бако учился на рабфаке в Ленинграде. После этого он окончил юридический факультет Ереванского государственного университета.</sub></sup></p><p><sup><sub>Много лет Усувэ Бако был на ответственной работе в Верховном суде Армянской ССР.</sub></sup></p><p><sup><sub>С первых дней Великой Отечественной войны до конца 1944 года находился в рядах Советской Армии и был тяжело ранен. За боевые заслуги награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны II степени, многими медалями. Усувэ Бако — один из наиболее известных курдских поэтов, автор нескольких книг. Его стихи и поэмы переведены на русский и армянский языки. Своей простотой и образностью они близки к народным песням.</sub></sup></p></section><section><title><p>МУДРЫЙ СТАРИК<a l:href="#n_15" type="note">[15]</a></p></title><poem><stanza><v>Жил в старину жестокий царь</v><v>В неведомой стране.</v><v>Он сон однажды потерял.</v><v>Мечтал о сладком сне.</v><v>Не знал покоя царь,</v><v>Без сил</v><v>Бродил за ночью ночь,</v><v>И не сумел ему никто</v><v>Из лекарей помочь.</v><v>Сказал тогда один мудрец:</v></stanza><stanza><v>— Поможет сказка тут.</v><v>Пускай со всех концов земли</v><v>Сказители придут.</v><v>Кто сможет сказку растянуть</v><v>Хоть на семь вечеров —</v><v>Царю вернет желанный сон,</v><v>Вновь будет царь здоров.</v></stanza><stanza><v>И вот сказители пришли</v><v>Со всех концов земли,</v><v>Ио сказок не нашлось у них</v><v>Желаемой длины.</v><v>Царь гнал их прочь,</v><v>Измучен, зол,</v><v>Метался по палате,</v><v>Всем врачевателям своим</v><v>Слал гневные проклятья.</v><v>О чем ни велся бы рассказ,</v><v>Нет никакого прока.</v></stanza><stanza><v>Но вот однажды подошел</v><v>К дворцовому порогу</v><v>Старик крестьянин.</v><v>Пред царем</v><v>Предстал он без опаски,</v><v>Сказал, что для него принес</v><v>Спасительную сказку.</v></stanza><stanza><v>Промолвил царь:</v><v>— Коль сможешь ты</v><v>Вернуть мне сна отраду,</v><v>Получишь золота кисет,</v><v>А нет —</v><v>Не жди пощады!</v></stanza><stanza><v>— Ну что ж, — сказал старик,—</v><v>Царю</v><v>Желаю долго жить!</v><v>Достойной сказкой царский слух</v><v>Могу я ублажить.</v><v>Богата, царь, твоя страна,</v><v>Богат и пышен двор.</v><v>Но самой главной тайны ты</v><v>Не знаешь до сих пор.</v><v>А уж кому как не тебе,</v><v>Достойному владыке,</v><v>Узнать о том, что должен знать</v><v>Всяк государь великий.</v><v>Пусть здравствует</v><v>Наш славный царь!</v><v>Дозволь мне сказ начать.</v><v>О главной тайне не могу</v><v>Я долее молчать!</v></stanza><stanza><v>Доволен любопытный царь</v><v>Подобным был началом,</v><v>И благосклонным старику</v><v>Согласьем отвечал он.</v><v>Таких сказителей ему</v><v>Не встретилось ни разу…</v><v>Сел поудобнее старик</v><v>И приступил к рассказу.</v></stanza><stanza><v>— Жил некогда великий царь,</v><v>Его в живых уж нет.</v><v>Он был могуществом своим</v><v>На весь прославлен свет.</v><v>Владыку звали Абдулла́.</v><v>Всех почестей достойный,</v><v>Любил он добрые дела</v><v>И ненавидел войны.</v><v>Он царской тайною</v><v>Владел,—</v><v>Был благостен</v><v>Его удел.</v><v>Цвела отчизна Абдуллы,</v><v>Как сад среди долин.</v><v>Иссох от зависти злодей.</v><v>Соседний властелин.</v><v>С гонцом посланье шлет:</v><v>«Отдай</v><v>Владений часть.</v><v>Не скрою —</v><v>Мне люб твой край.</v><v>Не то пойду</v><v>Я на тебя войною!»</v><v>Что было делать?</v><v>Абдулла</v><v>Готовит войско к бою.</v><v>На всякий случай, он велел</v><v>Поглубже вырыть яму,</v><v>Чтоб тайной царскою вовек</v><v>Не овладеть смутьяну.</v><v>Спустили тайный клад на дно,</v><v>Поверх насыпали зерно —</v><v>Сто мер отборного зерна,</v><v>Пшеницы чистой, зрелой,</v><v>А в крышке вырезали щель,</v><v>Чтобы зерно не прело.</v></stanza><stanza><v>Теперь оставим двух владык</v><v>С их войском в стороне.</v><v>О вольных птицах рассказать</v><v>Настало время мне.</v><v>Узнали птицы</v><v>Про зерно.</v><v>Всегда прельщает</v><v>Птиц оно.</v><v>С лугов и нив</v><v>Летят они,</v><v>И каждая стремится</v><v>Проникнуть в щель,</v><v>Скользнуть, как шмель,</v><v>И поклевать</v><v>Пшеницы.</v><v>Набивши зоб —</v><v>В который раз! —</v><v>Выпархивают</v><v>Через лаз,</v><v>А в клювах</v><v>Зерна про запас.</v></stanza><stanza><v>Летят они</v><v>Во все концы,—</v><v>Ведь есть у всех</v><v>Семья, птенцы.</v><v>И так летают взад вперед,</v><v>Все дни одно и то же…—</v><v>Правитель сердится:</v><v>— Постой,</v><v>А дальше?</v><v>Дальше что же?</v><v>— Про то я завтра расскажу,</v><v>Будь, государь, спокоен,</v><v>Хоть дело и нелегкое</v><v>Рассказывать такое.</v></stanza><stanza><v>Назавтра сказочник пришел</v><v>И в предвечерний час</v><v>Невозмутимо принялся</v><v>За прерванный рассказ.</v><v>— Царь, здравствуй век на радость нам!</v><v>Дозволь мне продолжать.</v><v>Сам понимаешь, жадных птиц</v><v>Уже не удержать.</v><v>        И хоть от них</v><v>        Один урон,</v><v>        С лугов и нив</v><v>        Со всех сторон —</v><v>        Из ближних мест,</v><v>        С кустов окрест</v><v>        И с дальних</v><v>        Расстояний —</v><v>        Спешат к заветной</v><v>        Яме…</v></stanza><stanza><v>— Опять про этих гадких птиц! —</v><v>Рассержен царь державный.—</v><v>Когда же очередь дойдет</v><v>До царской тайны главной?</v><v>Зачем явился ты, незван?</v><v>Достоин смерти за обман!</v></stanza><stanza><v>— Царь, к смерти я давно готов,</v><v>Все ж ты грозишься зря:</v><v>Кто сможет без меня открыть</v><v>Тебе секрет царя?</v><v>         Все меньше в яме той</v><v>         Зерна,</v><v>         Уже недалеко</v><v>         До дна.</v><v>         А птицы</v><v>         Всё летят, летят,</v><v>         Помочь, о царь,</v><v>         Тебе хотят.</v><v>         Напрасно сердишься</v><v>         На них,</v><v>         Дослушай</v><v>         Терпеливо…—</v><v>Зевнул тут раза два подряд</v><v>Владыка, всем на диво.</v></stanza><stanza><v>И в третий раз пришел старик,</v><v>Уселся поудобнее.</v><v>— Царь, не легко рассказывать,</v><v>Признаюсь я, подобное.</v><v>Тебя другим занять бы рад,</v><v>          Да птицы</v><v>          Всё летят, летят…</v><v>          Наевшись,</v><v>          Мчат во все концы.</v><v>          Ждут зерен</v><v>          Жадные птенцы,</v><v>          Глотают</v><v>          За зерном зерно…</v><v>          Будь счастлив, царь,—</v><v>          Я вижу дно!</v><v>Кончает сказ твой верный раб…</v></stanza><stanza><v>Зевает царь, совсем ослаб.</v><v>Прилег,</v><v>Глаза сомкнул,</v><v>Зевнул,</v><v>Еще зевнул,</v><v>Всхрапнул…</v></stanza><stanza><v>Уснул!</v></stanza></poem><image l:href="#21"/></section></section><section><title><p>Шкое Гасан</p></title><section><image l:href="#22"/><p><sup><sub>ШКОЕ ГАСАН (Шко Ахмедович Гасанян) родился в 1928 году в селе Джамушван, Армянской ССР, в семье крестьянина.</sub></sup></p><p><sup><sub>После окончания средней школы поступил на филологический факультет Ереванского государственного университета. По окончании университета Ш. Гасанян занимался педагогической деятельностью, окончил аспирантуру Ленинградского отделения института народов Азии Академии наук СССР.</sub></sup></p><p><sup><sub>Стихи начал писать еще будучи студентом. Его первые поэтические опыты опубликовывались в университетской газете.</sub></sup></p><p><sup><sub>В дальнейшем стихи Ш. Гасаняна систематически появлялись на страницах курдской газеты в Ереване. Печатались они и в Иракском Курдистане на страницах журнала «Гива» («Надежда»).</sub></sup></p><p><sup><sub>В 1961 году был издан сборник Ш. Гасана «Подснежник» на курдском языке.</sub></sup></p></section><section><title><p>СКАЗ ПРО ЖАРКОЕ ИЗ ЧЕРЕПАХИ<a l:href="#n_16" type="note">[16]</a></p></title><poem><stanza><v>Это было, говорят,</v><v>Сотни лет тому назад.</v><v>Черепаха как-то раз</v><v>На чинару взобралась.</v><v>       Ветром ветку</v><v>       Раскачало,</v><v>       Черепаха</v><v>       Закричала</v><v>       И, сорвавшись</v><v>       Вниз стремглав,</v><v>       Превратилась</v><v>       В жирный сплав.</v><v>От удара вспыхнув, словно</v><v>Заготовленные бревна,</v><v>Камни в котловине гор</v><v>Разгорелись, как костер.</v><v>Заметался пламень жаркий,</v><v>Превратилось сало в шкварки,</v><v>В гору шкварок золотых.</v><v>Вот бы нам отведать их!</v></stanza><stanza><v>Тут подъехал, говорят,</v><v>Храбрых всадников отряд.</v><v>Хоть и был их путь далек,</v><v>Запах всадников привлек.</v><v>Как увидели такое</v><v>Небывалое жаркое,</v><v>Стали шкварки уплетать.</v><v>Что за шкварки — благодать!</v><v>       Ели, ели,</v><v>       Ели, ели,</v><v>       Залоснились,</v><v>       Разжирели.</v><v>       Но гора</v><v>       Не убыла —</v><v>       Все такая,</v><v>       Как была!</v></stanza><stanza><v>Через горы, долы, пашни</v><v>Про жаркое черепашье</v><v>Чуть прошел по селам слух,</v><v>В путь пустились во весь дух,</v><v>Снедь смакуя ту заране,</v><v>На арбах своих крестьяне.</v><v>Опустели сразу сёла,—</v><v>Суток семь шел пир веселый.</v><v>      Но гора</v><v>      Не убыла —</v><v>      Все такая,</v><v>      Как была!</v></stanza><stanza><v>Только до глухой старухи</v><v>Не дошли о шкварках слухи.</v><v>По воду она пошла,</v><v>На горбу кувшин несла.</v><v>       Наклонилась,</v><v>       Оступилась</v><v>       И в потоке</v><v>       Очутилась!</v><v>Вынесли ее оттуда,</v><v>Дали шкварок…</v><v>Что за чудо!</v><v>Лишь наелась до отвала,</v><v>Горба как и не бывало!</v></stanza><stanza><v>Тут собралось все село,</v><v>На поклон к горе пошло.</v><v>       Взяли бубны,</v><v>       Барабаны</v><v>       И с напитком крепким</v><v>       Жбаны.</v><v>       Били в бубны</v><v>       До зари</v><v>       Хлеборобы,</v><v>       Косари.</v></stanza><stanza><v>Вот до города дошла</v><v>Весть про чудные дела.</v><v>       Подмастерья,</v><v>       И вельможи,</v><v>       И купцы,</v><v>       И стражи тоже,</v><v>       Богатеи,</v><v>       Пекари,</v><v>       Грамотеи,</v><v>       Лекари,</v><v>       Чудаки</v><v>       И мастера,</v><v>       Мясники</v><v>       И повара,</v><v>       Судьи,</v><v>       Воры,</v><v>       И обжоры,</v><v>       И рвачи,</v><v>       И крючкотворы</v><v>       На фургонах,</v><v>       На телегах,</v><v>       На верблюдах,</v><v>       На ослах,</v><v>       Все оставив</v><v>       Впопыхах,</v><v>       В путь пустились</v><v>       На заре</v><v>       К той невиданной</v><v>       Горе.</v><v>Поползли, как муравьи,</v><v>К вкусному жаркому…</v></stanza></poem><image l:href="#23"/><poem><stanza><v>Как сокровища свои</v><v>Уступить другому?</v><v>И крестьяне собрались</v><v>С кольями и вилами:</v><v>— Отправляйтесь-ка пастись</v><v>Восвояси, милые!</v><v>Прочь, деляги и скупцы,</v><v>Выше горла сытые! —</v><v>А пришельцы им: — Глупцы,</v><v>Мужики немытые!</v><v>Храмы, власть</v><v>У нас в руках</v><v>И законы тоже;</v><v>Вас стереть</v><v>Немедля в прах</v><v>Мы, поверьте, можем.</v><v>       Вот мы вам</v><v>       Покажем,</v><v>       Поколотим,</v><v>       Свяжем,</v><v>       На суках повесить</v><v>       Палачам</v><v>       Прикажем! —</v><v>А крестьяне, те в ответ:</v><v>— Без того не мил нам свет!</v><v>Счастья мы не видели,</v><v>Век в нужде, в обиде мы.</v><v>Нашего сокровища</v><v>Вам не отдадим,</v><v>На гостей непрошеных</v><v>Встанем как один! —</v><v>Камни в ход пошли и палки…</v><v>Вскоре все смешались в свалке,</v><v>Бил друг друга,</v><v>Мял народ,</v><v>Проливались</v><v>Кровь и пот.</v></stanza><stanza><v>Вот дошла до падишаха</v><v>Весть про чудо-черепаху —</v><v>То бишь слава про жаркое,</v><v>И лишился тот покоя.</v><v>Полон зависти и злобы, Проглотил</v><v>властитель пробу,</v><v>Даже пальцы откусил.</v><v>Как дракон, что было сил</v><v>Зарычал на всех придворных:</v><v>— Ваша преданность притворна!</v><v>Как вы смели вести эти</v><v>От меня держать в секрете?! —</v><v>       Дал советнику пинок,</v><v>       Сбил судью</v><v>       Ударом с ног,</v><v>       Стража вывалял в земле,</v><v>       Вырвал бороду</v><v>       Мулле́.</v><v>       До предела</v><v>       Озверел,</v><v>       Палкой визиря</v><v>       Огрел:</v><v>       — Не визирь ты —</v><v>       Подлый пес! —</v><v>       Ноги тот</v><v>       Едва унес.</v><v>— Тайну, бережно храня,</v><v>Вы скрывали от меня</v><v>Про неслыханное чудо,</v><v>Про божественное блюдо,</v><v>Падишахам лишь под стать.</v><v>Снаряжайте спешно рать,</v><v>Покарайте без разбора</v><v>Всех, кто грабил эту гору,</v><v>Всех, кто шкварки эти ел,</v><v>Разжиреть на них посмел!</v></stanza><stanza><v>Дан приказ, и утром рано</v><v>Двинулись войска тирана.</v><v>       Охватил пожар</v><v>       Дома.</v><v>       Дым стелился,</v><v>       Точно тьма.</v><v>       Грозный шквал</v><v>       Деревни снес,</v><v>       Стали нивы</v><v>       Морем слез.</v><v>       Море слез</v><v>       Забушевало,</v><v>       Поглотило</v><v>       Гору сала.</v><v>       Эта черная</v><v>       Беда</v><v>       Длилась долгие</v><v>       Года.</v></stanza><stanza><v>Все же тот старинный сказ</v><v>Сквозь века дошел до нас.</v><v>Повторяя эти слухи,</v><v>Всё надеются старухи</v><v>Снедь волшебную найти,</v><v>Чтобы стройность обрести.</v></stanza></poem><image l:href="#24"/></section></section><section><title><p>Бахчое Иско</p></title><section><image l:href="#25"/><p><sup><sub>БАХЧОЕ ИСКО (Бахчо Искоевич Слоян) родился в 1912 году в село Ходулджа Дигорского района (бывшей Карской области), в семье крестьянина-бедняка. В 1917 году семья переселилась в Армению, а затем — в город Тбилиси. Бахчое Иско окончил Ереванский педагогический техникум, затем Тбилисский педагогический институт имени Пушкина. Многие годы работал в Грузии и Армении. Был педагогом, воспитателем в трудовой колонии, директором школы. Он первым из курдов получил почетное звание заслуженного учителя Грузинской ССР. За свою педагогическую деятельность Бахчое Иско был награжден несколькими медалями и грамотами. Неоднократно избирался депутатом в местные Советы.</sub></sup></p><p><sup><sub>Бахчое Иско — член КПСС.</sub></sup></p><p><sup><sub>Литературной деятельностью Бахчое Иско занимается с 1937 года. Его стихи, баллады, поэмы издавались на курдском языке и в переводах на русский, грузинский и армянский языки. Он автор многих статей о курдской литературе и фольклоре.</sub></sup></p></section><section><title><p>КАР И КУЛЫК<a l:href="#n_17" type="note">[17]</a></p></title><poem><stanza><v>Средь зеленых альпийских лугов</v><v>Кочевые палатки пестреют,</v><v>А вверху, над шатрами снегов,</v><v>Выси вечно спокойные реют.</v><v>Это курдов земля. Их простор,</v><v>Их вершины над птичьим весельем,</v><v>И судьба, что покруче их гор,</v><v>Скорбь, темнее, чем мгла по ущельям.</v></stanza><stanza><v>В этой самой стране в незапамятный век</v><v>Жил богатый, и важный, и злой человек.</v><v>У Гаса́н-аги золото ломит казну,</v><v>Глух к добру он, Гасан, и привержен ко злу.</v><v>У Гасана служанка жила. И как раз</v><v>Я с нее и начну этот долгий рассказ.</v><v>Был отрадой старухи единственный сын —</v><v>Сулейма́н. Был Гасан и над ним господин.</v><v>На Гасана батрачили целые дни</v><v>Мать и сын, а кормились лишь хлебом они.</v><v>Так и жили. Шли дни, как со склонов вода.</v><v>Так и жили. Пока не случилась беда.</v></stanza><stanza><v>Раз старуха хозяйскую лошадь пасла,</v><v>Привязала ее, а сама отошла…</v><v>Прибежали к Гасану; взволнован весь стан —</v><v>Волк кобылу загрыз!.. Разъярился Гасан</v><v>И старуху тотчас привести он велел.</v><v>Был от злобы хозяин то красен, то бел,</v><v>Он кричал, он рычал, подлетел к ней рывком</v><v>И ударил старуху в лицо кулаком.</v><v>Пошатнулась она. Он ударил в живот.</v><v>И упала служанка. Померк небосвод…</v><v>Только смертью ее не утешен Гасан.</v><v>— Где мальчишка? Найти! Пусть умрет  Сулейман! —</v><v>Но прослышал про то Сулейман: — Нет, ага,</v><v>Осторожней меня ты не сыщешь врага! —</v><v>И поджег он хозяйской пшеницы скирды</v><v>И покинул свой край, край беды и нужды.</v></stanza><stanza><v>И пустился в скитанья по дальнему миру,</v><v>Беспокойным и мстительным духом влеком,</v><v>И пришел, наконец, во владенья эмира,</v><v>И у Асе Дуде́ стал служить пастухом.</v><v>Так семь лет пас он скот, а когда было надо,</v><v>Шел за храбрым Дуде в дым и грохот атак,</v><v>Был отважен и предан. И другу в награду</v><v>Отдал Асе Дуде в жены дочку Варда́к.</v></stanza><stanza><v>Годы тучками по си́ни</v><v>Шли и шли. Был год, как миг.</v><v>Родилось у них два сына —</v><v>Кар их звали и Кулык…</v><v>Но все чаще, все упорней</v><v>Вспоминает Сулейман</v><v>Край другой — зеленый, горный, —</v><v>Свой родимый Курдистан.</v><v>И Вардак, печаль приметив,</v><v>Всполошилась: — Нездоров?</v><v>— Я тоскую, — он ответил,—</v><v>По земле моих отцов,</v><v>По рассветам, по туманам,</v><v>По ущельям, скрывшим мрак…—</v><v>И сказала Сулейману</v><v>Озабоченно Вардак:</v><v>— Что же ты таил, скрывался,</v><v>Как же мог ты так молчать?</v><v>— Я тебя, Вардак, боялся</v><v>С отчим домом разлучать…—</v><v>Тут пошли приготовленья</v><v>В путь-дорогу, в Курдистан.</v><v>Дал Дуде благословенье</v><v>И отправил караван.</v><v>Но, конечно, не к Гасану</v><v>Лег их путь. Они — враги!</v><v>Едут грузы Сулеймана</v><v>В дальний стан Ома́р-аги́.</v></stanza><stanza><v>Годы тучками по сини</v><v>Шли и шли. Был срок велик.</v><v>Подрастали оба сына:</v><v>Кар взрослел, за ним Кулык.</v><v>Но однажды враг, как ветер,</v><v>Налетел на Курдистан,</v><v>И последний бой свой встретил</v><v>Добрый воин Сулейман.</v></stanza><stanza><v>Сыновья возмужали уже без отца,</v><v>Стали ладными, статными стали,</v><v>Два красавца, два сокола, два храбреца</v><v>И умом и отвагой блистали.</v><v>А Кулык был еще знаменит на весь стан</v><v>Звонкой песней особенной силы,</v><v>И не зря его часто сама Париша́н,</v><v>Дочь Омар-аги, петь ей просила.</v><v>В стане юноши дружно вздыхали по ней,</v><v>По красавице гордой и стройной,</v><v>Но Кулык — тот, чья песня была всех звучней,</v><v>Ей казался премногих достойней.</v><v>Да и сам он к красавице страстью пылал,</v><v>И любовь свою вкладывал в песню…</v><v>И казалось ему, день над миром стоял</v><v>Лишь тогда, когда был он с ней вместе.</v></stanza><stanza><v>Все родичи Омар-аги</v><v>В дом засылали сватов,—</v><v>Все удальцы, все молодцы,</v><v>Сынки отцов богатых.</v><v>Мечтали все о Паришан,</v><v>Завиднейшей невесте,</v><v>Уж сам Омар-ага не рад</v><v>Был этой высшей чести.</v><v>— Отдам за родственника дочь —</v><v>Бегларов<a l:href="#n_18" type="note">[18]</a> разобижу;</v><v>Отдам беглару — и врагов</v><v>В своих родных увижу.—</v><v>Встревожилась жена аги:</v><v>— На нас войной идут враги?</v><v>Ты болен, ты невесел,</v><v>Ты голову повесил!..</v><v>— Ах, — отвечал Омар, — война</v><v>Была бы легче вдвое,</v><v>Войну б я перенес, жена,</v><v>А здесь — похуже боя.</v><v>— Да что ж стряслось такое?</v><v>Скажи мне, ведь тревожусь я…</v><v>— Мне наказанье — дочь твоя!</v><v>Прогнать вас с нею впору,</v><v>От вас одни раздоры.</v><v>Все сватаются, все кругом</v><v>Себе в невесты прочат,</v><v>Так скоро станешь всем врагом</v><v>Из-за пригожей дочки…</v><v>— Мне жаль тебя, Омар-ага,</v><v>Отец отцов, мужчина!</v><v>Как ни была б судьба строга,</v><v>Дочь злобе не причина.</v><v>— Жена, мать дочери своей,</v><v>Пусть жизнь твоя продлится,</v><v>Скажи: как поступить мне с ней?</v><v>Ведь льву под пару — львица.</v><v>— Я научу тебя, Омар,</v><v>Пусть грусть тебя не гложет.</v><v>У женщин есть прозренья дар —</v><v>Пусть нас вывозит… лошадь!</v><v>Сзывай храбрейших сыновей,</v><v>Сведи на пир всех вместе,</v><v>Тех, кто о дочери твоей</v><v>Мечтал как о невесте.</v><v>Отважных нужно испытать,</v><v>Но не в забавах пира.</v><v>Храбрейших нужно отослать</v><v>В край страшного эмира,</v><v>Туда, за горный перевал,</v><v>Где вряд ли кто из них бывал,</v><v>Там у эмирского сынка</v><v>Есть лошадь, что как вихрь легка,</v><v>Беджа́н ее зовут,</v><v>Такой не сыщешь тут.</v><v>Ее всегда поят водой</v><v>Из чаши чистозолотой,</v><v>И от хвоста до холки</v><v>Беджан в парче и шелке.</v><v>Когда ж гремит военный клич,</v><v>Ее и птице не настичь:</v><v>Она летит стрелой</v><v>Над непроглядной мглой.</v></stanza><stanza><v>Так пусть же всех зурна зовет,</v><v>Пусть пляшет барабан,</v><v>Пусть хоровод сама ведет</v><v>На праздник Паришан.</v><v>Пусть на подносе золотом</v><v>Шербет сверкает в чаше,</v><v>И пусть блестит в шербете том</v><v>Кольцо невесты нашей.</v><v>А ты скажи гостям: «Друзья,</v><v>Решить ваш бурный спор</v><v>Теперь придумал способ я</v><v>Без драк, обид и ссор…»</v></stanza><stanza><v>И правда, вскоре пир гудит.</v><v>Гостям хозяин говорит:</v><v>— Друзья мои, кто всех храбрей,</v><v>Осушит чашу эту,</v><v>Где перстень дочери моей</v><v>Сверкает под шербетом.</v><v>Пускай на пальце храбреца</v><v>Зажжется перстень чуден…</v><v>Но — пусть достоин он кольца</v><v>Своей невесты будет:</v><v>Тотчас простится с Паришан</v><v>И тут же, прямо с пира,</v><v>Поедет вдаль, за Курдистан,</v><v>В край гордого эмира.</v><v>Пусть у эмирского сынка</v><v>Смельчак угонит лошадь —</v><v>Быстра Беджан, сильна, легка,</v><v>Лишь черт с ней сладить может.</v><v>По силам будет пусть ему</v><v>Путь по пескам палимым…</v><v>Лишь эту лошадь я приму</v><v>За дочь мою калымом!..—</v><v>…Молчат, застыли храбрецы,</v><v>Бледны, в гроб сходят краше,</v><v>Не рвутся к подвигам юнцы</v><v>И не подходят к чаше.</v><v>Тогда сказал Омар-ага:</v><v>— Сородичи, беклары!</v><v>Где храбрецы? Их нет пока.</v><v>Где молодежь? Все — стары.</v><v>А слуги здесь? Ну, хоть слуга</v><v>Найдется похрабрее? —</v><v>И слышит: — Слуги здесь, ага,</v><v>Лишь Кара нет и Кулыка…</v><v>— Призвать их поскорее! —</v><v>И, запыхавшись, прибежал</v><v>Один из слуг к вдове Вардак,</v><v>Он красен был, он весь дрожал,</v><v>Рассказывая, что и как.</v><v>Про пир, про перстень Паришан,</v><v>Про то, как в страхе сникла знать,</v><v>Про быстроногую Беджан,</v><v>Как нелегко ее угнать.</v><v>Печально Кар внимал ему</v><v>И слушал сбивчивый рассказ.</v><v>Кулык сказал: — Я не пойму,</v><v>О чем ты, брат, грустишь сейчас?</v><v>К бесстрашью приучили нас,</v><v>И этот вызов я приму.</v><v>Я приведу Омар-аге</v><v>Кобылу чудную Беджан,</v><v>И пусть отдаст он мне, слуге,</v><v>Прекраснейшую Паришан!</v></stanza><stanza><v>— Постой, о брат, разумным будь,</v><v>И молод ты, и труден путь!</v><v>— Нет, добрый Кар! — Кулык вскричал. —</v><v>Что разум! Здесь мечта моя…</v><v>Ведь ты же знаешь, как мечтал</v><v>О Паришан бессонно я!</v><v>А смерть — я смерти не боюсь,</v><v>Оставит шкуру мертвый лев</v><v>И славу храбрый муж… Лишь трус</v><v>Несет позор и будит гнев.—</v><v>И Кар сказал: — Раз ты решил,</v><v>Я этот путь с тобой пройду.</v><v>И пусть судьба придаст нам сил,</v><v>Молитвой мать уймет беду.</v></stanza><stanza><v>И вот уж достают ее,</v><v>Одежду храбрецов:</v><v>Кольчугу, щит, кинжал, копье,—</v><v>Гремит военный зов.</v><v>И вот все четче их шаги,</v><v>Вот братья входят в круг.</v><v>И средь гостей Омар-аги</v><v>Раздался шепот вдруг.</v><v>Омар-ага взглянул на них:</v><v>— Кто принял вызов мой?</v><v>— Я, — поклонясь, сказал Кулык,—</v><v>Я принимаю бой.—</v><v>Омар взглянул ему в лицо:</v><v>— Кулык? Решил рискнуть?</v><v>Так пей шербет, надень кольцо</v><v>И отправляйся в путь.</v></stanza></poem><image l:href="#26"/><poem><stanza><v>…Окончен пир. И млад и стар</v><v>Спешат уйти скорей.</v><v>И вот уже Кулык и Кар</v><v>Седлают лошадей.</v><v>Но в этот самый миг домой</v><v>Пришла их мать, Вардак:</v><v>— Куда вы, что вы?! Боже мой!</v><v>Какой вас гонит враг? —</v><v>И, не дослушав их рассказ,</v><v>Бежит к Омар-аге тотчас</v><v>И так кричит в лицо ему:</v><v>— Ты — корень горю моему!</v><v>Как смел ты для своих затей</v><v>Погнать на смерть моих детей?!</v><v>— Я их на смерть не посылал.</v><v>Поехал тот, кто пожелал.</v><v>— Молчи! За одного коня</v><v>Двоих детей берешь с меня!</v><v>О люди добрые, друзья!</v><v>В бою лишилась мужа я,</v><v>За стан аги, за весь ваш стан,</v><v>Погиб мой добрый Сулейман.</v><v>Теперь конец семье моей —</v><v>Судьба берет и сыновей!</v><v>О люди, пожалейте их,</v><v>Не отпускайте прочь одних!</v><v>Пускай из храбрых кто-нибудь</v><v>Поедет с ними в этот путь.—</v><v>И тут сказал Шами́ль-пастух:</v><v>— Я слышу, мать, небось не глух</v><v>Иду! Возьмете пастуха?</v><v>Дорога в ночь и впрямь лиха! —</v><v>Маме́д-охотник тут сказал:</v><v>— И я готов. Вот мой кинжал…</v><v>— Спасибо, детки, вам двоим.—</v><v>Мать низко поклонилась им.</v><v>И, обратясь к мулле Али́,</v><v>Вардак сказала: — Чем могли,</v><v>С тобой делились мы, мулла,</v><v>Спасай нас, очередь пришла.</v><v>Жесток приказ Омар-аги.</v><v>Моим сыночкам помоги,</v><v>Их в дальний край сопроводи</v><v>И братьев там моих найди,</v><v>В чести сыны Асе Дуде.</v><v>Скажи им всем, что мы в беде,</v><v>Скажи, что едут сыновья</v><v>Сестры Вардак, что плачу я.</v><v>Пускай без крови, без огня</v><v>Они нам отдадут коня.</v><v>Иди, Али, спаси, Али! —</v><v>Мулла сказал: — Ну что ж, пошли! —</v><v>А сам решил: «Как бы не так!</v><v>Пусть всех их перебьют, Вардак,</v><v>Тогда Беджан я пригоню</v><v>И к свадьбе Паришан склоню».</v><v>— Спасибо, друг! Еще, Али,</v><v>Запомни: там, в гнилой дали,</v><v>Вам встретится гнилой овраг.</v><v>Увидишь — вспомни речь Вардак.</v><v>Не подпускай коней к воде —</v><v>Опасен край Асе Дуде!</v><v>Гнилая кончится вода,</v><v>А там, за ней, его стада.</v><v>Есть у Дуде семь сыновей —</v><v>Все дети матери моей.</v><v>Я им сестра, всем семерым,</v><v>Они — дядья сынам моим.</v><v>Все семь похожи меж собой,</v><v>Любой — высокий и рябой.</v><v>Все в черных шапках и плащах,</v><v>С бесстрашьем в голубых глазах.</v><v>В сраженьях братья знают толк —</v><v>Ведь каждый в бой выводит полк.</v><v>Недаром эти семь полков</v><v>Наводят ужас на врагов!</v><v>Ты им скажи, мулла Али,</v><v>Что их племянники пришли,</v><v>Что я вас шлю — не враг ведет,</v><v>Скажи, не то вас гибель ждет!..</v><v>— Спасибо, мать, — сказал Кулык.—</v><v>Благослови! — И в тот же миг</v><v>Их всех благословила мать</v><v>Суровый, тяжкий путь начать.</v></stanza><stanza><v>Едут всадники день, едут всадники ночь,</v><v>Вверх по кручам, вниз, в сумрак ущелий,</v><v>По равнинам и долам летят во всю мочь,</v><v>Приближаются всадники к цели.</v><v>Вот гнилая долина, овраг и вода…</v><v>Осторожно, подальше отсюда!</v><v>Кар Кулыку сказал: — Помни, брат, здесь беда!</v></stanza><stanza><v>Прочь коней, тут тревожно и худо…—</v><v>И когда на привале всех выморил сон,</v><v>Кар стерег лошадей неустанно,</v><v>Но, укутанный мраком, забылся и он…</v><v>Тут мулла и поднялся нежданно.</v><v>Отвязал незаметно кобылу Сосык</v><v>И пустил ее прямо к оврагу…</v><v>И тихонько назад воротился, и вмиг</v><v>Лег, как будто не делал ни шагу.</v><v>Кар, проснувшись, увидел: случилась беда —</v><v>Нет Сосык. Стал искать ее всюду.</v><v>И, распухшую, в корчах, нашел у пруда.</v><v>— Что с тобою, гривастое чудо?..—</v><v>Кар пытался поднять и подбодрить Сосык,</v><v>Стал гонять, чтобы вытрясти воду…</v><v>— Ах, — сказал он, вернувшись, — несчастье, Кулык,</v><v>Кто-то предал нас, злобный и подлый! —</v><v>А когда, наконец, перевал, точно мост,</v><v>Одолели, уж солнце всходило,</v><v>Им открылась долина: как на́ небе звезд,</v><v>Там палаток рассеяно было!</v></stanza><stanza><v>— Пора Беджан искать идти!</v><v>Иду! — Кулык спешит.</v><v>И только вышел, на пути</v><v>Услышал стук копыт.</v><v>Увидел: вниз ведет джигит</v><v>Разряженную лошадь —</v><v>Блестит парча, и шелк горит…</v><v>Неужто? Быть не может!</v><v>Должно быть, так… Конечно, так!</v><v>Вон чаша золотая —</v><v>Все, как предсказано Вардак…</v><v>— Эй, слушай, чья такая?</v><v>— Да ты ослеп, иль, может, пьян,</v><v>Иль из другого мира?</v><v>Ведь это ж я веду Беджан,</v><v>Любимицу эмира!..</v></stanza></poem><image l:href="#27"/><poem><stanza><v>Кулык схватился со слугой</v><v>И лошадь отнял в схватке.</v><v>И так сказал: — Я, дорогой,</v><v>Сам отведу лошадку.</v><v>Скажи эмиру: «Взял ее</v><v>Кулык из Курдистана».</v><v>Знай, слово верное мое,</v><v>Я ждать до солнца стану.</v><v>Коль хочет, пусть сюда придет</v><v>И сам вернет кобылу…</v></stanza><stanza><v>И вот Кулык уж речь ведет</v><v>О том, как дело было.</v><v>Кар спрашивает, что да как,</v><v>Все на Беджан дивятся,</v><v>И все решают: должен враг</v><v>От них ни с чем убраться!</v><v>Пастух сказал: — Мулла, прости,</v><v>Ты не забыл, что братьев</v><v>Вардак просила здесь найти</v><v>И просьбу передать им?</v><v>— Да, помню! Обещаю вам</v><v>К ним поспешить тотчас я,</v><v>Всё, как просили, передам,</v><v>Чтоб не было несчастья! —</v><v>А про себя решил мулла</v><v>Зайти в шатер ближайший.</v><v>Прийти, сказать, что все дела</v><v>Исполнил надлежаще.</v><v>Так он и сделал, злой мулла,</v><v>Сказал, что был у братьев,</v><v>Что встреча тягостной была,</v><v>Решенья ж утром ждать им.</v><v>На рассвете стало ясно,</v><v>Что они окружены,</v><v>Что ответа ждать напрасно.</v><v>Значит, бой мы дать должны!</v><v>Кар сказал: — Кулык, опасно</v><v>В этот день седлать Сосык.</v><v>Говорят, Беджан прекрасна…</v><v>— Нет уж, я к своей привык.</v><v>В стольких войнах, в схватках разных</v><v>Я делил с ней ратный путь</v><v>Неотлучно, неотвязно…</v><v>Как-нибудь уж, как-нибудь!..—</v><v>А мулла шептал: — Ужасный</v><v>Будет бой на этот раз.</v><v>Вы идите, я ж всечасно</v><v>Господу молюсь за вас.</v></stanza><stanza><v>Впереди полков эмирских</v><v>Семь вождей лихих,</v><v>Одинаковые кисти</v><v>На мечах у них.</v><v>Семь плащей, семь шапок черных,</v><v>Все как на подбор.</v><v>На рябых похожих лицах</v><v>Серый взгляд в упор.</v><v>Закричал Кулык: — Салам вам,</v><v>Здравствуйте, дядья!</v><v>Сын Вардак из Курдистана,</v><v>Ваш племянник я!</v><v>Кар и я к вам с мирной просьбой</v><v>От сестры пришли,</v><v>Вам вчера ее подробно</v><v>Изложил Али.</v><v>Кто вы нам, скажите сразу,—</v><v>Други иль враги?..—</v><v>И в ответ раздался хохот:</v><v>— Прочь, болван, беги!</v><v>Ишь племянничек нашелся!</v><v>Кто такой Али?</v><v>Убирайтесь, самозванцы!</v><v>Вы зачем пришли?</v><v>Чтоб украсть Беджан? Держите!</v><v>Отдадим! Как раз!</v><v>Уведете, коль убьете</v><v>Всех, кто здесь сейчас! —</v><v>И — пошло!.. Вскипела битва!</v><v>Вот он, грянул бой!</v><v>В самый дым Кулык помчался:</v><v>— Не бранись со мной! —</v><v>Вот уж дрогнул враг и спину</v><v>Показал в бою,</v><v>И Кулык вослед бегущим</v><v>Шлет стрелу свою.</v><v>Но разверзся ров внезапно</v><v>Прямо у копыт,</v><v>И Сосык, качнувшись резко,</v><v>В темный ров летит.</v><v>А враги, заметив это,</v><v>Гонят вспять коней</v><v>И в лежачего вонзают</v><v>Сразу семь мечей.</v><v>Но полки их, видя бегство,</v><v>Всех вождей своих,</v><v>Растерялись, заметались…</v><v>То-то били их!</v><v>Кар, Шамиль, Мамед-охотник</v><v>Гнали прочь врагов</v><v>По сверкающей пустыне</v><v>Средь сухих песков.</v></stanza><stanza><v>А когда сражение затихло,</v><v>Кар воскликнул: — Боже, где Кулык?!</v><v>— Где Кулык? — все закричали сразу…</v><v>И тогда мулла Али возник.</v><v>Он сказал, что видел всё, как было,</v><v>Как Кулык преследовал врагов,</v><v>Как под ним задергалась кобыла,</v><v>Как он с ней с размаху рухнул в ров.</v></stanza><stanza><v>И тогда все бросились на поиск,</v><v>Стали звать его: — Кулык, Кулык!..—</v><v>И нашли. Уже не беспокоясь</v><v>Ни о чем, Кулык к земле приник.</v><v>Но сказал им: — Знайте, обманул нас,</v><v>Предал нас вчера мулла Али,</v><v>Сыновьям Дуде не передал он,</v><v>Кто мы, чьи, зачем сюда пришли.</v><v>Оттого пески набухли кровью,</v><v>Оттого простерт я на земле…—</v><v>Не дослушал Кар, насупил брови</v><v>К мечом снял голову мулле…</v><v>А еще сказал Кулык: — Не стройте</v><v>Мне последний дом в чужой стране,</v><v>В крае курдов прах мой упокойте,</v><v>Отвезите тело на коне.</v><v>Там Беджан Омар-аге вручите…</v><v>Брат мой Кар, женись на Паришан…</v><v>И живите, счастливо живите…</v><v>К пускай… цветет… наш Курдистан.—</v><v>Так сказал слабеющий Кулык</v><v>В самый свой последний, смертный, миг.</v></stanza><stanza><v>Завидев лошадь с телом сына,</v><v>Вардак забилась, затряслась,</v><v>Завыла и заголосила:</v><v>— Убили, умер, скрылся с глаз!..</v><v>Омар-ага всему виною,</v><v>Огнем горит пусть дом его!</v><v>Омар-ага! Ты проклят мною,</v><v>Убийца сына моего!</v><v>Тебя еще постигнет кара,</v><v>Иди, бери свою Беджан!</v><v>А Паришан отдай за Кара,—</v><v>Храбрец, он стоит Паришан.</v></stanza><stanza><v>Омар-ага сказал уныло:</v><v>— Ну, расскажите всё, как было.—</v><v>И начался, пошел рассказ,</v><v>Который я писал для вас…</v><v>Когда все, бывшие вокруг,</v><v>Узнали, сколько горьких мук</v><v>Отважные перенесли,</v><v>Узнали про обман Али,</v><v>Про страшный бой, про тяжкий путь,</v><v>Сказали все: — Омар, не будь</v><v>Обманщиком, за жизнь хоть раз</v><v>Исполни свой обет сейчас.</v><v>Отдай за Кара Паришан,</v><v>Мы просим все тебя, весь стан.</v><v>Не говори бесчестно: нет!</v><v>Омар ага, сдержи обет! —</v><v>И тут сказал Омар-ага:</v><v>— Пускай решает дочь моя!..</v><v>— Да, нету больше Кулыка,</v><v>Об этом горько плачу я…—</v><v>В слезах сказала Паришан.—</v><v>В удел мне скорбный жребий дан,</v><v>Судьба до свадьбы стать вдовой…</v><v>Но славен, Кар, поступок твой!</v><v>Ты впрямь — брат брата своего,</v><v>Достойный имени его.</v><v>Кулык в свой самый трудный час</v><v>Благословил на счастье нас.</v><v>Так видно, Кар, дано судьбой</v><v>Нам вместе жизнь прожить с тобой!</v></stanza><stanza><v>Так и решили. Через год</v><v>Сыграли свадьбу ровно в срок.</v><v>Плясал и пел там весь народ,</v><v>И я плясал и пел, как мог.</v></stanza></poem><image l:href="#28"/></section></section><section><subtitle><emphasis>К читателям</emphasis></subtitle><p><emphasis>Издательство просит присылать отзывы о прочитанных книгах по адресу: Москва, А-47, ул. Горького, 43.</emphasis></p><p><emphasis>Дом детской книги.</emphasis></p></section></body><body name="notes"><title><p>Примечания</p></title><section id="n_1"><title><p>1</p></title><p>Перевел Р. Моран.</p></section><section id="n_2"><title><p>2</p></title><p><strong>Камча́</strong> — плетка.</p></section><section id="n_3"><title><p>3</p></title><p>Перевел Р. Моран.</p></section><section id="n_4"><title><p>4</p></title><p><strong>Фала́к</strong> (<emphasis>курд</emphasis>.) — воплощение судьбы.</p></section><section id="n_5"><title><p>5</p></title><p><strong>Пе́ри</strong> — по восточным поверьям, девы, обитающие в раю.</p></section><section id="n_6"><title><p>6</p></title><p><strong>Хану́м</strong> — госпожа.</p></section><section id="n_7"><title><p>7</p></title><p>Перевел Ю. Полухин.</p></section><section id="n_8"><title><p>8</p></title><p><strong>Ада́т</strong> — закон, обычай.</p></section><section id="n_9"><title><p>9</p></title><p>Перевел Ю. Полухин.</p></section><section id="n_10"><title><p>10</p></title><p>Перевел Ю. Полухин.</p></section><section id="n_11"><title><p>11</p></title><p><strong>Лава́ш</strong> — тонко раскатанный хлеб.</p></section><section id="n_12"><title><p>12</p></title><p>Перевела Е. Аксельрод.</p></section><section id="n_13"><title><p>13</p></title><p>Перевела Е. Аксельрод.</p></section><section id="n_14"><title><p>14</p></title><p>Перевела Е. Аксельрод.</p></section><section id="n_15"><title><p>15</p></title><p>Перевела Т. Спендиарова.</p></section><section id="n_16"><title><p>16</p></title><p>Перевела Т. Спендиарова.</p></section><section id="n_17"><title><p>17</p></title><p>Перевела И. Снегова.</p></section><section id="n_18"><title><p>18</p></title><p><strong>Бегла́ры</strong> — феодалы.</p></section></body></FictionBook>